– О нет, ну конечно же у него есть девушка. Как у такого нежного и красивого не будет девушки?
Дженни делает глоток фруктового напитка с небольшим количеством алкоголя, который мы приготовили.
– Девушка? К черту отношения, я бы отдала все, чтобы трахнуть старшего.
Сесилия выплевывает свой напиток.
– Дженни!
Я не могу сдержать улыбку. Ванесса дает Дженни пять.
– Ты читаешь мои мысли, прошу лишь об одной ночи с любым из этих парней.
Я поднимаю бровь.
– Что?
Ванесса смеется.
– Успокойся, не с твоим, с другими.
Дани вмешивается:
– У Аполлона тоже есть девушка. Помните?
Ванесса смотрит на нее.
– И что?
Дани не может скрыть своего раздражения.
– И что? Ты бы связалась с парнем, у которого есть девушка?
Ванесса фыркает.
– Я не хочу выходить за него замуж, одной ночи, нескольких часов было бы достаточно.
Все посвистывают от откровенности моей сестры. Стоит признаться, она напоминает мне прямолинейностью Ареса. Видимо, в каждой семье есть такой человек. Дани смотрит на нее с недоверием.
– Ему шестнадцать.
Дженни и Ванесса пожимают плечами.
– И что?
Дани не может в это поверить.
– Вам все равно, что о вас скажут?
Ванесса качает головой, улыбаясь.
– Детка, оглянись, неужели ты все еще веришь в эту патриархальную чушь, будто мужчине нормально встречаться с девушкой, которая намного младше его, но если мы так сделаем, это будет неправильно.
Дженни кивает.
– Точно, мы же не говорим о педофилии. Он подросток, осознающий свои желания. Если оба хотят, в чем проблема?
Камила переводит взгляд.
– Заткнитесь обе, Аполлон мой.
Дженни пожимает плечами.
– Как хочешь, меня интересует старший, у него такая сексуальная щетина.
Ванесса игриво хлопает ее по плечу.
– Тебе придется иметь дело со мной, потому что он мне нравится.
Сесилия заговорила впервые за долгое время.
– Вы говорите так, будто у вас есть шанс с этими парнями, пожалуйста, спуститесь на землю.
Камила скрещивает руки на груди.
– Если Ракель добилась успеха, а в ней нет ничего особенного, то и у нас получиться.
– Эй! – возражаю я, дергая ее за волосы.
Камила уворачивается.
– Без обид.
Мои глаза находят глаза Ареса, он пьет из пластикового красного стакана. На его губах пляшет хитрая улыбка, когда он опускает стакан.
– Сейчас вернусь, – говорю я и иду к Аресу.
Я не могу отвести взгляд, чувствую себя в плену его голубых глаз. С каждым шагом мое сердце начинает биться чаще, я прижимаю руки к бокам и чувствую, что они слегка вспотели.
Один за другим люди вокруг меня исчезают, есть только он и я.
Греческий бог и ведьма.
Неуравновешенный и преследовательница.
Я останавливаюсь перед ним, улыбаясь, как идиотка.
– Арес.
Он улыбается мне в ответ.
– Ракель.
– Что ты чувствуешь после того, как тебя мысленно изнасиловали все мои сестры?
Он берет себя за подбородок, будто размышляя.
– Чувствую себя немного использованным.
Я фыркаю.
– Ну конечно, будто ты не привык к такому.
Арес поднимает бровь.
– Ревнуешь?
– Пф-ф-ф-ф, умоляю.
Арес широко улыбается, проводя большим пальцем по моей щеке.
– Ты такая сексуальная, когда ревнуешь.
– Я не ревную.
Его большой палец опускается и гладит край моих губ, я перестаю дышать.
– Не могу смотреть на тебя в этом платье.
Я сглатываю.
– Почему?
Он убирает руку с моего лица.
– Ты знаешь почему.
Тетя Кармен проходит мимо.
– Ракель, мама зовет, она на кухне. – И идет дальше.
Я вздыхаю.
– Надо помочь. – Я разворачиваюсь, но Арес хватает меня за руку и поворачивает к себе.
Он подходит так близко, что я чувствую запах его парфюма, и наклоняется, чтобы шепнуть мне на ухо:
– Твоя семья думает, что ты такая невинная, если бы они знали, как ты стонешь и просишь еще, когда я вхожу в тебя.
Мои глаза распахиваются.
– Арес!
– Или как сильно ты течешь, когда я тебя целую.
Святая покровительница пресса, помолись за нас, аминь.
Арес отпускает меня, а я кладу руку ему на грудь, сохраняя спокойствие. Я убегаю от него как можно быстрее. Черт. Как он может возбудить меня словами? У Ареса определенно есть дар. Я обмахиваюсь руками и иду в дом. Мама ждет меня на кухне с подносами.
– Не хотела тебя заставлять, но нужно раздать это, и, обещаю, я больше тебя не побеспокою.
– Успокойся, мама, я не против помочь, они все-таки мои гости.
Я беру поднос и собираюсь уходить, когда мама прочищает горло.
– Дочь.
– Да?
– Хоть мне еще не совсем нравится этот мальчик, то, что я увидела, помогло мне понять, что он не так уж и плох для тебя. Так что тебе больше не нужно придумывать оправдания, чтобы видеться с ним.
– Ой, мама, я…
Она перебивает меня:
– Неси подносы, тебя, наверное, ждут.
Я улыбаюсь ей:
– Спасибо.
Я выхожу с подносом и широкой улыбкой на лице и встречаю Клаудию у входа.
– О, ты пришла.
Ей очень идет фиолетовое платье и распущенные блестящие волосы.
– Конечно, с днем рождения. – Она хочет вручить мне подарок, но видит, что у меня заняты руки.
– Ты можешь положить его на стол, ребята на заднем дворе.
Она сомневается.
– Все трое?
Я киваю.
– Да, заходи, я отнесу подносы и встретимся там. Хорошо?
Я раздаю закуски на подносе и не успеваю дойти до Даниэля, Аполлона и Артемиса, когда Камила перехватывает меня.
