Среди постоянных посетителей ты нашел главного друга — чистокровного боксёрчика Масхара, который был постарше месяца на два. Вы общались и лобызались так нежно, были так преданы друг другу… Смотреть на вашу парочку было чудо как приятно, и я, остолоп, совсем забыл о приближающейся опасности. Вроде опытный собачник, а упустил-таки момент, когда щенок в одночасье превращается в молодого кобеля, поведение которого резко меняется. И вот он уже не признаёт прежнего дружка закадычного, а видит в нём лишь соперника, над которым необходимо установить главенство. Так произошло и с Масхаром: однажды вечером он вдруг ни с того ни с сего вызверился на тебя самым недвусмысленным образом. Вчерашний приятель ухватил тебя за холку, впившись в шкуру своими крепкими зубами. Ты ничегоне понял, ты был ошарашен и убит таким коварством. По логике ты, ещё малявка, должен был подчиниться Масхаровой силе и улепетнуть, поджав хвост. Но не тут-то было! Моего малыша тоже вдруг обуяла ярость! А так как ты был хотя и младше, но одного роста со своим обидчиком, ты не побоялся схлестнуться с ним. Вы рычали, наскакивали друг на друга с пугающим остервенением, только клочки выдранной шерсти летели вокруг.
И я, и хозяева зачинщика потасовки, в первые секунды опешили, бездействуя. Потом с фуканьем кинулись вас разнимать. Досталось и собакам, и нам.
Обоих псов, рычащих и дрожащих от злобного возбуждения, пришлось оттаскивать на верёвках. Нежнейшая дружба безвозвратно закончилась. Мне было жаль потери твоего товарища по играм. Но да простит меня Бог — в душе я гордился, что мой соплячок не струсил, не уступил задире, оказавшись ничуть не слабее своего обидчика.
По принятому между соседям соглашению, Славик получил право совершать с собакой недолгие самостоятельные прогулки, чем и пользовался при каждом удобном случае. Как правило, за ним увязывался кто-либо из его приятелей-однокашников, а то и целая компания, и такой шумной ватагой с Жулькой в центре они, хохоча и дурачась, весело бродили по улочкам, дорожкам и тропкам. Хотя Жулька с лёгкой руки Тамары Ивановны всё ещё носила прозвище «хомячок», она давно превратилась в голенастое объёмное животное, и с первыми солнечными деньками стала очень заметной и в городке, и в лесхозе.
Это и сослужило ей недобрую службу.
Причиной беды, нежданно обрушившейся на собаку и её окружение, стал не кто-нибудь, а всё тот же приснопамятный заводчик, организовавший по осени охоту на Кристу.
Его кривой жизненный путь снова скрестился с Жулькиным на крохотном пятачке лесхоза.
После пережитого осеннего кошмара с явлением у мусорки призрачного «баскервиля», заводчик, наконец-то, оставил мысль найти Кристу и больше не докучал бывшему её хозяину прожектами о поимке беглянки. Тем более, что осмотр места происшествия, предпринятый им на следующий слякотный день, следов собаки, ни живой, ни мёртвой, не выявил.
— Стало быть, и впрямь сгинула вместе со щенком — решил собачник и поставил на этой истории крест. — Других псов, что ли, мало?!
