Правда, наблюдать за занятиями ей удавалось всё реже — тренеры будто специально старались закончить урок до её прихода. Да так оно и было на самом деле: персонал приюта получил установку по возможности дрессировать Жульку в отсутствие хозяйки. А всё потому, что тренерам было приказано, не афишируя намерений перед Тамарой Ивановной, сделать из её собаки не просто организованное и послушное животное, способное выполнять стандартный комплекс команд. Перед ними была поставлена задача преподать Жульке сложный курс обучения защите, после которого та смогла бы держать оборону против двух, а то и трех нападающих людей.
Установку эту дал не кто-нибудь, а всё тот же радетельный сосед Володя. Недоброго умысла здесь не было. Даже наоборот — Володя опять-таки стремился сотворить добро. Устраивая Жульку в приют, он держал в уме две цели. С одной стороны, он искренне хотел быть полезным славной одинокой женщине и симпатичной псине. При этом он полагал: коли браться за обучение, то по самому высшему разряду. А высоты дрессуры, по его разумению, как раз и заключались в прохождении специальных курсов. Пусть собаку научат бросаться на опасных чужаков, отстаивая жизнь и дом своих хозяев, сбивать с ног и грызть их врагов — в общем, преподадут Жульке уроки обороны против жестокой правды жизни.
Как к этому отнесётся сердобольная старушка? Захочет ли она сделать из ласкушки Жульки хотя и управляемого, но самого настоящего зверя? Володя не был уверен, что соседка даст благословение на такое дело. И потому решил выполнить свою задумку, не посвящая Тамару Ивановну в тайны разработанного плана.
Разобраться, правильным или нет было принятое решение, опять-таки помог случай, представившийся в скором времени Жульке и её окружению.
Перед тем, как отвезти Жульку на обучение, тётя Тома, предвосхищая возможные неприятности и казусы, железно договорилась со Славиком, что возиться с собакой он имеет право только при условии хороших оценок в школе. Втайне старушка побаивалась, что этот барьер мальчику преодолеть не удастся. Ей было хорошо известно, сколь многие подростки не умели справиться со своей неорганизованностью и ленью ради даже самых притягательных вещей. Однако Славик, и до того учившийся неплохо, теперь и вовсе подтянулся в школьных делах, заняв место в строю неизменных хорошистов. Но даже несмотря на приличный табель, тетя Тома потребовала, чтобы среди учебной недели и ноги мальчика на дрессировочной площадке не было — нечего отрываться от учебы в конце года, отстающих собаководов не бывает. Свидания с Жулькой разрешались ему только в выходные. Но уж тогда под присмотром тёти Томы два юных существа бесились на пустыре до полного изнеможения.
…Наконец-то в истории наследницы генов старинной бойцовской породы кане корсо, — страшной поначалу жизни — наступили светлые дни. Мало того, что у неё появился свой хороший дом, всегдашняя сытость, а также компаньон и любимый враг Мотька — у Жульки образовалось сразу два хозяина, два божества человеческого племени, которых она обожала.
Для старенькой тёти Томы эта баловница готова была сделать всё что угодно, стоило лишь той дать намек. Вот Тамара Ивановна подзывает её к себе, достаёт таблетку и требует:
— Жуля, возьми!
Жулька нисколько не сомневается, что сейчас ей предложат отвратительное горькое лекарство. Но ведь просит та, что заменила ей мать, а ради неё можно не только какую-то там таблетку, пусть и безобразного вкуса — моток колючей проволоки проглотить. И огромная усеянная сверкающими рядами зубов пасть, оскал которой не приведи Господь увидеть во гневе или просто в раздражении, покорно, совсем по щенячьи открывается, таблетки и микстуры исчезают в её недрах так, будто поглощаются наилюбимейшие лакомства. А как же иначе — мамочка попросила!
Здоровенная псина, в которой, когда она растягивалась на полу в полную свою меру, было поболее полутора метров, не считая хвоста, покорно замирала, если ей делали разные манипуляции, из которых состоит уход за животным. Жулька, казалось, только и ждала, когда обожаемые домочадцы начнут ее теребить.
