В июне торгово–транспортная фирма «Trans — Recolta», отправляла уже третий автопоезд в Россию. Cовладельцем небольшой компании, совместно с российским партнёром, был Сергей Косолапин, — Мишкин брат. Сезон получился удачный, фруктовый бизнес выдерживал конкуренцию, и уверенно шёл в гору…
Дело это нехитрое, и весьма прибыльное. В окрестных фермерских хозяйствах закупаются яблоки, сливы, абрикосы и виноград, конечно. Затем оформляется пакет документов, и фура уходит на границу.
Обычно, это был арендованный челнок, который, разгрузившись, возвращался за новой партией груза. Но теперь, — урожай был редким по щедрости. На этот раз к отправке было приготовлено две машины. Одна из них шла в Новгород, другая, — в Воронеж. Мишка вздрогнул, когда брат сказал ему об этом.
— Если хочешь, — езжай экспедитором. — Предложил он.
— А что делать нужно? — Вяло поинтересовался Миха.
— Ничего. Повезёшь пакет таможенных документов, сертификаты качества и транспортные накладные. Сдашь груз по фактическому весу, и вернёшься домой. Обычно я сам справляюсь, но сейчас, — сам видишь, — две фуры. Значит нужно брать постороннего человека. А ты, — от вина–то уж, — опух совсем. Съезди, развейся. В гости сходишь, Танюшку увидишь… Невеста уж, поди…
Мишка туго напрягся, вспомнив что–то…
— Нет… В Ростов… Не хочу… — Произнёс отрешенно.
— Какой Ростов? Ты что? Эй! Проснись!
Брат тряхнул его за плечи, и громко, по слогам сказал: «Но–ов–го-род! Слышишь? Новгород!» …
— Ну что…?
— Да–да, конечно… Новгород… Поеду… — Кивнул Миха…
…Октябрь по утрам блестит ледяными заплатами на дорогах и тротуарах Мурманска. Город постепенно заполняется приезжими отпускниками, значительную часть из которых, — составляют моряки…
Это очень удобно, — рассчитывать и планировать так, чтобы рейс пришелся на зимнее время. Ты уходишь в море в ноябре — декабре, а возвращаешься в мае — июне. Впереди у тебя, — тёплое лето и золотая осень… В твоих карманах, — рейсовая зарплата, в голове — музыка небесных сфер, а в душе, — ожидание удивительного и прекрасного…
…Десять утра… Конференц–зал главного корпуса пароходства … Сбор экипажа…
Мы встречаемся, возбуждённо и радостно делимся впечатлениями о прошедшем отпуске, шутим и балагурим, мы соскучились… Мы, — одна команда… Скоро в рейс…
Почти все, — здесь… Но сегодня я не вижу Мишку…
— Косолапин! — Выкрикивает штурман, и на полях списка с фамилиями делает пометку: «Отсутствует»…
Дождавшись окончания собрания, я бегу на почтамт. У стойки с надписью «До востребования» вынимаю паспорт, и нетерпеливо протягиваю в окно: «Пожалуйста, посмотрите!»
Пожилая женщина на выдаче корреспонденции, медленно просматривает почту, и, наконец, возвращает мне документ с вложенным в него конвертом.
Я бросаю взгляд на обратный адрес, —
«Молдавия… Дубоссарский район… Косолапин…»
«…Мишка… Вот обормот… Ну, олух… Балбес…», — бурчу я под нос, и нервно вскрываю пакет. Из перегнутого пополам тетрадного листа выпадает фотография, — на фоне тёмно–зелёного «Чероки» стоит улыбающийся Мишка с видеокамерой в руке.
«Вот лопух…! Блин…! Прогульщик несчастный…!», — радостно приговариваю я, ни на кого не обращая внимания, и разворачиваю листок…
Холодно… Я иду мимо старых облезших бараков по занесённой снегом узкой дорожке. Улица Зелёная. Вот и церковь. Погружаюсь в наполненный ладаном полумрак… Справа, между колонн, — распятие… Ставлю свечу в бронзовую кувшинку подсвечника, и поднимаю голову…
Они чем–то похожи, — Иисус и Миха. Такой же тощий. Такое же измученное, худое лицо, безвольно опущенная голова… Правда, — похожи… Мишке, как и ему, тоже было тридцать три…
Не знаю молитв…
«Мишка…» — шепчу я, глядя на пламя свечи… Горло перехватывает спазм…
«Мы уходим… Миха… Послезавтра в рейс.… А ты? Как же …? Мишка, гад ты… Зачем же ты так…?»
Сажусь на скамью у стены, откидываю голову и закрываю глаза.
— Вам плохо? — слышу я голос женщины–чернушки.
— Что?
— Вам плохо? — повторяет она.
