Из стали и соломы полностью

Монтень замахнулся на Шарлотту правой рукой. Она блокировала его удар, но слишком поздно осознала, что это был ложный выпад. Капитан левой рукой обхватил ее запястье и выкрутил его. Хватка Шарлотты ослабла, и рапира Уильяма упала на землю. Шарлотта нагнулась за клинком, но Монтень рывком дернул ее назад и крепко обхватил двумя руками, прижав ее спину к своей груди. Она сопротивлялась. Раненое плечо вспыхнуло болью, когда она замахнулась обеими руками, пытаясь дотянуться до любой части тела капитана. Но он продолжал удерживать ее на месте. Удар сыпался за ударом, их ноги переплелись в складках ее мантии, и хотя Шарлотта не видела Грандье, она слышала, как он смеется.

Шарлотта глубоко втянула носом воздух и закричала от бессилия.

Монтень сжимал ее тело до тех пор, пока ребра не затрещали от давления, а затем наклонил голову так, чтобы его щека коснулась ее щеки. Кровь из раны на лбу заливала глаза, а боль туманила сознание, и Шарлотта заморгала, пытаясь прийти в себя.

– Прекрати, – прошипел Монтень. – Ты только навредишь себе.

– Отпусти меня, – выдавила Шарлотта сквозь крепко стиснутые зубы. – Достань свою шпагу и сразись со мной.

Но Монтень только перехватил ее крепче, и в кольце его рук Шарлотта едва могла дышать, не то что драться. Она вновь вскрикнула, но ее вопль превратился в стон, а силы оставили ее. Когда она оказалась так близко к Монтеню, странное ощущение, вспыхнувшее между ними, превратилось во что-то узнаваемое. Ее окатила волна печали, не похожей ни на одно чувство, что Шарлотта испытывала прежде. У нее подкосились колени, и вместо крика с губ сорвался всхлип.

– Мы будем стоять так, пока ты не успокоишься.

Монтень продолжал удерживать ее на месте, и его твердый голос звенел сталью в ее ушах. Шарлотта зажмурилась и поморщилась, когда боль с новой силой пронзила ее голову.

Ее брат мертв.

Брат Шарлотты мертв, и этот мужчина позволил Грандье убить его. Теперь он игрался с ней, даже не потрудившись обнажить свои печально знаменитые ножи, словно она не стоила таких усилий.

Хватка Монтеня ослабла самую малость, и Шарлотта крутанулась на месте, целясь коленом ему между ног. Капитан парировал удар, но потерял равновесие, и они оба рухнули на шест, на котором висело чучело Уорта. Запах лаванды ударил в нос Шарлотты, он должен был отогнать тьму, однако на Шарлотту никак не подействовал. Она хотела, чтобы Монтень страдал. Она хотела убить Грандье.

Восстановив равновесие, Монтень прижал Шарлотту к чучелу и, склонив голову, встретился с ней взглядом. В его глазах стояла тьма двенадцати кругов ада, в который он верил. Монтень глубоко вдохнул, его ноздри судорожно затрепетали – единственный признак его пошатнувшегося спокойствия.

– Измена короне не вернет его, – сказал он так тихо, что услышать могла только Шарлотта. Тоска промелькнула в его взгляде, но исчезла так быстро, что Шарлотта решила, будто ей показалось. – И от мести тебе не станет лучше.

Смех сорвался с губ Шарлотты, но Монтень крепче сжал ее, заставив замолчать.

– Не узнаю, пока не попробую, – прохрипела она.

– Никто не противится воле Безмолвных Богов, – в голосе Монтеня прозвучала нотка сочувствия. Это привело Шарлотту в ярость. Она закрыла глаза и сжала губы, чтобы скрыть дрожь. – Никто не может противостоять кардиналу. Открой глаза.

Она не хотела открывать глаза. Шарлотта чувствовала его. Она ощущала его печаль и разочарование. Что бы их ни связывало, это сбивало ее с толку. Она не хотела видеть фальшивое сочувствие на его лице. Будто он знает, какую боль она испытывает. Будто ему не все равно.

– Сэнд, – повторил Монтень. – Мне нужно, чтобы ты посмотрела на меня.

Шарлотта открыла глаза, и у нее перехватило дыхание. На ресницах капитана Монтеня блестели слезы.

– Хорошо, – прошептал он, а затем добавил громче, чтобы услышали все остальные: – Леди Шарлотта Сэнд, вы подняли свой клинок на членов гвардии кардинала. Так как вас спровоцировали, я не стану вас арестовывать, но ожидаю, что вы выполните обещание брата. Вы доставите сердце Стража в столицу к концу недели. В противном случае арест станет наименьшей из ваших проблем.

– Меня спровоцировали?

Голос Шарлотты дрогнул. Она хотела рассмеяться. Она хотела кричать.

– Доставь сердце Пастора, – сказал Монтень, вновь понизив голос. – Вернись домой. Выйди за симпатичного фермера. Живи дальше, чтобы встретить счастливую старость, и будь благодарна за то, что сегодня я проявил милосердие. Такое случается редко.

Горе и ненависть безжалостно сжали сердце Шарлотты в кулак. Она собрала каждую каплю влаги во рту и плюнула в лицо капитану. Веки Монтеня опустились, и на его лице отразилось нечто, несправедливо напоминавшее сожаление, но затем он отпустил Шарлотту, повернулся к ней спиной и направился к своей лошади. Грандье наблюдал за ними, с любопытством склонив голову набок.

Шарлотта уперлась спиной в набитое лавандой чучело, тяжело дыша. Кровь и слезы смешались на ее лице, но одно она знала наверняка: ей не нужно милосердие Люка де Монтеня.