Мысли о том, что метка медленно начинает сливаться с ним, кажутся нереальными. Умный эльф такой исход даже не рассматривал, заранее уже предупреждая собеседника о том, что однажды от потерявшего стабильность Якоря наверняка придётся избавляться радикальными методами — отрубанием руки. Лишаться руки Безумец не горел желанием, поэтому перспектива пока ещё теоретического симбиоза ему нравилась намного больше. Подумать только! Он не просто научится управлять Якорем и, следовательно, самой магией Тени, а она станет частью его и будет уже ему подвластна как самая обычная магия!
Безумец усмехнулся. Риск он прекрасно понимал. Исход, где он сгорает изнутри ко всем чертям в страшных муках, когда пытается использовать магию Тени напрямую, выглядит куда более реалистичнее и вероятнее. Но, с другой стороны, речь ведь идёт не о простом человеке. Магистр уже совершил невозможное: больше тысячи лет пробыл в Тени, окружённый смертельно опасной магией, и вернулся в недремлющий мир живым. Так что в сравнении с самой Тенью, мощь Якоря лишь детская шалость.
И пусть такие выводы выглядели пугающими. Всё-таки Безумец и сам не знал, что с ним произошло в Тени и как он выжил, но возможные перспективы его воодушевили. Поэтому мужчина решил закончить пустые размышления и проверить некоторые свои мысли на практике. Больше не отвлекаясь на реальность, маг полностью погрузился в магическую среду. Проделанная им работа была сложна. Понадобились и практические, и теоретические знания магических наук, чтобы взять под полный осознанный контроль собственную энергию, которую он черпает из-за Завесы, и стараться очень аккуратно подвести её к непредсказуемой метке. Когда же это произошло, его силы начали аккуратно мимикрировать под мощнейшую энергию Якоря. Фактически он делал тоже самое, что и зелёные линии: попытался незаметно проникнуть подконтрольной ему магией в чужеродную среду метки. Если его расчёты верны, то магия Тени не сразу определит чужое вмешательство в свои процессы, и Якорь будет выполнять команды мага, принимая их за свои.
Он уже делал что-то подобное в пещере под Убежищем. Но тогда не было возможности для аккуратности и неспешности, пришлось насильно давить на Якорь, из-за чего тот довольно-таки скоро и очень враждебно отреагировал.
Любой посторонний, даже маг, не заметит опасности произошедших манипуляций и риска. Настолько из-за нежелания рисковать они были незначительными. Даже вопреки впечатлениям самого магистра в реальности прошли какие-то жалкие две/три пары секунд. Однако когда Безумец открыл глаза и с опаской глянул на руку, то оказался полностью доволен результатом. Да что уж там! Результат превзошёл все его ожидания! Метка так и осталась неактивна, а вот сами линии засветились и начали переливаться в такт мысленным сигналам мага. Понимание того, что здесь и сейчас он напрямую (не через Якорь!) управляет той самой неуправляемой магией Тени, вызвали на лице мужчины неописуемые эмоции радости.
Его радостный смех был самым искренним из возможных.
К сожалению, из-за такой эмоциональной реакции холодный контроль был нарушен, он не удержал пульсацию собственной магии. И как итог через мгновение эйфория могущества была нагло заглушена новой сильнейшей болью. Поэтому Безумцу пришлось досрочно прервать свои испытания. Линии потухли, и магу осталось лишь, оскалившись, перетерпеть боль.
«Не подготовился. Поторопился. Расслабился», — когда боль стала терпима и не мешала думать, строго подвёл магистр итог проделанного опыта и заодно отругал себя за несобранность. Однако не скажешь, что такой конец испортил его впечатления.
Никакая боль такой результат не испортит!
Повторять опыт снова он не собирался. Очевидно, в этом деле в первую очередь важны осторожность и терпение. А терпеть и ждать он умел прекрасно, не зря же причислял себя к исследователям. Уж, а для такого дела он готов ждать хоть годы.
А пока Безумец лишь закинул руки за голову и с довольной улыбкой поглядел на небо, замечтавшись. Поскольку если его самые смелые ожидания, полученные из проведённого опыта, оправдаются и ему действительно станет подвластна Тень, то мужчина даже готов благодарить Сетия в частности и весь Синод в общем за то, что их дурость выкинула его в этот насыщенный на потрясения век. Потому что о возможностях, к которым он только что прикоснулся, в своё время маг не мог даже и мечтать. Таких знаний он бы точно не нашёл ни в одной эльфийской летописи.
И мужчина пока что ни о странных линиях, ни о самом проведённом эксперименте не собирался никому говорить или с кем-либо советоваться, даже с Соласом.
Магистр не терпел конкуренции.
