— У нас была дуэль. И он проиграл. Я сожгла его руки.
Безумец сначала удивился, потому что думал, что ей кто-то помог, но потом уже восхищённо улыбнулся. Девушка, бывшая рабыня, в учениках пробыла едва ли больше пары лет, но всё равно смогла одолеть взрослого магистра. Что это, если не наглядная демонстрация её потенциала?! Пусть Безумец и считал все поступки своего сородича в новом мире безумием, но готов был признать, что одно Сетий сделал правильно — не позволил загубить этот талант.
Теперь девушка подошла и к причинам.
— Магистр Анодат решил отомстить, он задействовал связи своей семьи и объявил на нас охоту. Из-за него были убиты несколько наших важных агентов. После подобного успеха даже архонт начал ему оказывать поддержку. Но если ты сейчас радуешься нашим неудачам, то знай, что теперь он, пользуясь этой поддержкой, начал избавляться от всех соперников своей семьи, без разбору клеймя их венатори, а это неправда, — говорила Кальперния, а сама кривилась от мерзкой двуличной душонки магистра. — Он и мне хочет отомстить. Тогда на этот дворик он пришёл с двумя рабами. После победы я уговорила их пойти со мной. Они хорошо знали город, поэтому остались и оказывали нам помощь. Они искренне верили в спасение Тевинтера, в то, что получится спасти всех рабов от таких же магов, как и их бывший хозяин. Но недавно Анодат выследил их обоих, лично сжёг живьём. Это точно было послание для меня, — девушка сжала пальцы в кулак от скопившейся злобы. — Вот я и здесь. Слежу за ним, ищу удобного момента. Я не могу снова вызвать его на дуэль. Благодаря тебе, я уже могу немного чувствовать чужую магию, и думаю, Анодат стал гораздо сильнее, хотя я и не понимаю, как это возможно.
— До какой степени были сожжены его руки? — уточнил Безумец, потому что для инвалида упомянутый магистр слишком уж активен.
— Пострадали только кисти рук, зато от них остались лишь одни обрубки. Я думала, что он больше никому не сможет помешать. Но, как потом сообщили наши агенты, он нашёл хорошего мага, который восстановил его руки. Но я думаю, он нашёл не лекаря, а мага крови. И руки не его. Скорее малефикар приживил ему чужие… отрезанные у другого мага, — девушке стало не по себе от одной мысли об этом. — Такое ведь может быть?
— Да. Весьма нередкая практика. Только подобная работа под силу очень опытному магу крови, обязательно приученному к… назову это потрошением. Потому что очень немногие способны сохранять концентрацию, копаясь в срезе чужой конечности. А любая ошибка, дрогнувшая рука или промедление приводят к тому, что приращённая конечность отмирала. И если помедлить с её удалением, она загнивала и вызывала заражение крови. Только совместная работа мастера, умеющего управлять движением крови в живом теле, и сильнейшего лекаря способна дать шанс на излечение распространившегося заражения, но собрать такой дуэт да ещё в кратчайшие сроки… на грани нереальности. Поэтому разумнее признать эту болезнь смертельной, — чем дольше объяснял Безумец, тем больше сам задумывался, где в нынешнее время магистр смог разыскать такого умелого со стальными нервами мага крови, когда даже в его мире обычно исход подобных операций отдавался на милость Богам.
Кальперния, пока слушала, наверное, не один раз пожалела, что вообще спросила.
На этом рассказ девушки подошёл к концу, хотя скопившаяся злость от поднятых неприятных воспоминаний лишь сильнее укрепила её желание добраться до лицемерного магистра.
— Значит, причина — месть и сомнительное стремление самоутвердиться.
— Мне незачем «самоутверждаться», — хмыкнула девушка.
— Однако же ты здесь одна, выслеживаешь магистра, который, как ты говоришь, стал сильнее. Хотя раз магистр Анодат мешает венатори, думаю, другие ваши командиры были бы не против и сами организовать на него покушение.
— А если покушение не удастся, опять погибнут люди. Если бы я тогда его убила, ничего бы этого не случилось. Смерть наших агентов лежит на мне, и именно я должна найти способ до него добраться. Тем более он лично мне кинул вызов, и я обязана ответить.
— Ты слишком беспечна для…
— Для кого? Магистра? Но я же не магистр, ты сам так говорил, — вскинула руками разозлённая Кальперния.
Её гнев зацепился за мужчину, который даже сейчас был непоколебимо спокоен, а ей самой не хотелось менять своего решения. Она желала добраться до лицемерного мага лично! Чтобы видеть, как он будет заживо гореть и кричать в агонии, как кричали её агенты, бывшие рабы, искренне верующие, что вместе им под силу спасти Империю!
— Я хотел сказать: для одного из генералов организации, владеющей огромными силами, — вежливо не заметив, что его перебили, Безумец закончил свою мысль. — А так же моей ученицы. Надеюсь, не надо напоминать, что я буду вынужден отреагировать соответственно в случае твоего повторного самодурства?
