— Тем хуже для тебя. Как ты и сказала, если императрицу убьют, тебя повесят без судебных разбирательств. Или посадят на кол, как поступала Империя Тевинтер с южными дикарями — и наглядно, и доходчиво, и птицы покормятся падалью.
— А как поступала первая Инквизиция с магами, которые ей наскучили? Уже определился, где на лбу лучше будет смотреться клеймо усмирённого? — не собиралась Морриган молча слушать угрозы в свой адрес.
Эта взаимная неприкрытая грубость, даже агрессия, отчётливо уменьшила дружелюбие их беседы.
— Не могу узнать, откуда в тебе уверенность, что маг, случайно встреченный в пустующей библиотеке, верен именно Инквизиции? — когда стало понятно, что в вопросах помощи они не продвинутся и их беседа перейдёт в молчаливые гляделки, Безумец спокойно сменил тему и решил спросить, что ему было интересно.
— Сильно сомневаюсь, что леди-фарисейское-самодовольство пустила бы на свои плечи кого попало. Она в этом обычно избирательна, — в ответе Морриган, пропитанном ядовитой язвительностью, также чувствовалось влияние их былого с Лелианой соперничества.
Маг убедился в абсолютной правдивости своих догадок о познаниях этой ведьмы.
— Но похоже не так уж ты и верен, раз не торопишься услужить своим хозяевам, — подметила магесса, когда их разговор всё же перешёл в молчание, а мужчина так и не выразил заинтересованность.
— Успех Инквизиции для меня не стоит выше отсутствия желания потакать ведьме. Твои сведения может передать и любой другой уступчивый агент. Но советую: напрямую, исключая посредников, обратиться к Канцлеру — это только упростит Инквизиции работу.
Как бы раздражающе ни было чванливое поведение мага и ни злило, что он остаётся для неё всё также неизвестен, Морриган признавала, что её бездействие ей же и не идёт на пользу — конфликтовать со столь могущественной организацией, значит, попасть под раздачу, когда убийца будет пойман и в поисках сообщников начнут тыкать в имена и называть пальцы. Но подходить к другим агентам Инквизиции прилюдно, тем самым порождая лишние сплетни, ей не хотелось не меньше. Так что ведьма первая уступила.
— Недалеко отсюда я наткнулась на тевинтерского лазутчика. Пришлось его убить. На его теле был ключ.
— Удалось его допросить?
— Знаешь ли, он не очень-то был настроен на разговор — напал первым.
— Что открывает ключ?
— Мне неизвестно. Но предполагаю, что людскую: вход в неё самый ближайший. Инквизиции будет не лишним туда наведаться.
Безумец кивнул, соглашаясь. Он посчитал услышанное зацепкой для начала уже активных поисков, ведь если есть лазутчик, значит, где-то бродят и солдаты Венатори.
Теперь в руках магессы показался немного опалённый ключ, который она готова была передать. Два мага стояли друг от друга на приличном расстоянии, поэтому для передачи ключа его нужно было перекинуть или подойти и передать из рук в руки, но Морриган не спешила, потому что желала, чтобы подошёл сам сновидец. И на этот раз магистр решил ей поддаться, а не тянуть время, желая поскорее избавить себя от общества ведьмы.
Морриган не собиралась обманывать, а желала просто проверить свою догадку и сполна насладилась этой проверкой. Наблюдая за тем, как мужчина шёл, она всё сильнее веселилась. Ведь не шёл он, а сильно хромал при этом с таким важным видом, будто бы он сделает своё жалкое состояние менее… жалким.
— И где таких убогих Совет только набирает? — язвительно заметила она, когда подошедший магистр забрал у неё ключ, при этом сделал это с такой брезгливой аккуратностью, чтобы только не коснуться её руки. Собственно, её насмешливую улыбку он прекрасно наблюдал.
— Точно не в дикарских южных болотах — эпицентре антисанитарии и отсутствия культуры полового воспитания.
За то время, которое он провёл в библиотеке, открытые для посещения комнаты заметно оживились. Не так много аристократов осталось в главной бальной зале наслаждаться музыкой, танцами и развлекательными спектаклями шутов, остальные же разошлись по разным зонам в зависимости от собственных планов. Кто-то решил отстраниться от политики за выпивкой в небольшом гостевом саду с фонтаном — а когда перестанут подавать напитки, глядишь, война и кончится. Кто-то с той же целью получить порцию дурмана не будет выходить из курительного салона. Ну а кто-то продолжит плести интриги, ведя всякого рода беседы. И где-то среди таких озабоченных и не очень переговорами будут бродить агенты Инквизиции, строгостью костюма и молчанием подчёркивая свою беспристрастную миротворческую роль. Да и сама знать пока не определилась как стоит к таким гостям относиться, поэтому большинство попыток агентов с кем-либо заговорить обычном заканчивались скупой чеканкой слов.
Безумец наблюдал за действиями Инквизиции даже с любопытством: ему интересно, как работает организация, которая сегодня при любых раскладах должна выйти победителем. По мере изучения, тихих перелётов от одного окна к другому мужчина нашёл того, с кем захотел побеседовать раньше, чем отправиться на поиски Канцлера.
