Но и влезать в спор мужчина не хотел. К счастью, пока это только те же размышления, потому что ни один из советников не имел наглости единолично решать такой вопрос, и Инквизиция всё ещё придерживается плана по спасению императрицы: нарушить планы Старшего сейчас для неё важнее споров о престолонаследии.
— Кузен её величества весьма пренебрежителен к Игре, но это мало его заботит, — продолжила Лелиана, когда убедилась, что магистр не затаил злобу за её слова.
— Это не означает поражение для него? — не понимал Безумец, ведь его так долго пугали вездесущностью орлейской традиции, пренебрежение которой будет стоить местным аристократам всего.
— Членам имперского двора может сходить с рук некоторая… непохожесть, тем более ветерану, почтенному шевалье и весьма уважаемой личности в рядах имперских солдат. И сейчас знать больше впечатлена резкими высказываниями Гаспара, чем его плохой игрой. Например, он неприкрыто угрожал расправой Совету Герольдов.
— Разве этот радикальный ход не поспешен?
— Так и есть. Но все, в том числе и он, понимают, что по-другому с ними договориться не получится, потому что большинство участников Совета Герольдов подкуплены находчивостью Селины. И если вновь вопрос престолонаследия без них не разрешится, то советники встанут на её сторону.
— Эмиссар Совета подозрительно долго не возвращается из людской — это может означать, что герцог перешёл к исполнению своих угроз.
Дальше Безумец сообщил главной сборщице зацепок всё, что узнал от Соласа, обрисовал сформированную им картину и, наконец, передал ключ.
— Эта советница по оккультизму бессовестна и способна на всё. Однако она права: убийство Селины поставит её под удар. Так что, весьма вероятно, она сказала правду, — размышляла Лелиана, пока перебирала в руках ключ, его изучая. — До нас уже доходили слухи, связанные с крылом слуг, но, по всей видимости, там произошло что-то серьёзнее локальной стычки. Это нужно проверить. Я сообщу Кассандре о необходимости отправить отряд при поддержке солдат. Если крыло захвачено, его нужно отбить как можно скорее, — специально для магистра женщина высказала всё это вслух, а потом глянула на него самого. — Господин Фауст, я попрошу вас проследовать за нашим отрядом и помочь им в поисках. Если в Зимний Дворец действительно проникли венатори, то могут пригодиться ваши… особенности, — попросила Лелиана, надеясь, что в магистре именно сейчас, когда события набирают обороты, не взыграет горделивая безучастность. А говоря про «особенности», она имела в виду в том числе скверну в его крови.
— Я исполню вашу просьбу, леди Лелиана, — Безумец дал согласие.
Возмущаться и наигранно жаловаться было бессмысленно — его весьма активная помощь подразумевалась изначально, в ином случае не нужно было вообще соглашаться. А сидя весь вечер в библиотеке, он будет не полезнее любого другого лорда, посетившего бал исключительно ради увеселительных целей. По крайней мере древнему магистру становилось уже по-настоящему интересно, даже хотелось самому понять, что же происходит, и в первых рядах наблюдать, чем это всё закончится.
Да и вся эта знакомая смертоносная суета вновь напомнила ему о родине — как будто и не уходил.
Что бы Инквизиция ни предполагала найти в закрытом крыле слуг, реальность шокировала всё равно больше. Как только агенты переоделись, взяли в руки родное оружие и возглавили отряд солдат, тайно прошедших во дворец, то буквально с порога людской оказались сбиты с толку: перед их глазами предстала картина окровавленных эльфийских тел.
Чем дальше отряд продвигался по крылу, аккуратно переступая через мёртвых слуг, тем больше убеждался, что здесь был бой — здесь была бойня, в которой никто не выжил. На кухне, в прачечной, в спальнях, в кладовых — все были мертвы. Нападение было столь организованным и безжалостным, что где слуги находились, там их и убили. Они даже попытаться убежать не смогли.
Такая жестокость к абсолютно безвинным казалось ужасной всем, однако предаваться унынию и печали им было некогда. Если они помедлят, то таким кровавым зрелищем может стать весь дворец, а если совсем помедлят — то и весь мир.
И хотя нападавших Инквизиция не застала, а мёртвые уже показаний не дадут, но достаточно много можно было почерпнуть из того, что они просто лицезрели. Убийцы расправились со слугами не ради развлечения, скорее убирали свидетелей, значит, как можно дольше они хотят сохранить своё присутствие в тайне. Для более тщательной подготовки будущего штурма или, наоборот, сокрытия какой-то своей деятельности, никак напрямую с нападением несвязанной. Также их налёт был весьма точен — они не плутали по коридорам крыла, а знали, где ещё могут быть слуги, значит, они хорошо подготовлены, как минимум имели карту. Ну и нападавших было много: так быстро пройтись и всех искромсать, что до бального зала не донеслись даже крики, можно было только значительно превосходя количеством.
