— Весьма ожидаемо, что они будут связываться друг с другом через ближайшее к залу крыло. Тем более оно пустует: закрыто для посещения и в него не сунутся даже слуги. А Инквизиции придётся пробираться туда незаметно и в малом составе, чтобы не получить публичное порицание за вторжение в императорские покои, — рассудил Дориан.
— Это уже позволит предпринять дальнейшие действия, — кивнул Безумец, удовлетворённый задумкой, что надо было всего лишь правильно стимулировать к мозговому штурму. И вот уже результат.
— Тоже верно, — согласился Варрик.
— Я готов — жду команды от Совета. Если, конечно, пряный пунш не крепче, чем кажется.
Обстановка в бальной зале накалялась, поскольку главные спорщики особо-то и не делали вид, что их переговоры хоть как-то сдвинулись с мёртвой точки, — это отразилось также на беспокойстве Совета, которому важно было преуспеть в своих поисках раньше, чем всё окончательно выйдет из-под контроля.
На этот раз на террасу для частной беседы вышло уже двое представителей Инквизиции. При виде мага, появившегося из черной дымки, Жозефина испытала ожидаемый дискомфорт. Она попросту не знала, как стоит на мужчину смотреть и как к нему обращаться. Уж слишком противоречивые слухи ходят вокруг него и уж больно быстро он из потерянного на просторах Тевинтера носителя их спасения стал добровольным и активным союзником — по крайней мере подруга её заверила, что насильственных действий ей применять, к счастью, не пришлось.
И при встрече Безумец не стал усугублять ситуацию, а наоборот, в лёгком поклоне приветствовал леди Посла и, как требует приличие, высказал льстивый комплимент. Пусть Канцлер и упрекнула его в излишнем позёрстве, однако его поведение Жозефине напомнило, что в первую очередь маг остаётся потомственным лордом, а не разумным порождением тьмы, и, значит, говорить с ним можно привычно, по-человечески.
— Принесли ли попытки договориться какие-либо плоды? — когда все собеседники начали чувствовать друг друга более-менее на равных, решил осведомиться сомниари.
— К сожалению, ничего полезного для нас, лорд Безумец, — вежливо ответила Жозефина.
— Что ожидаемо, — хмыкнула Лелиана и подошла поближе к окну, чтобы продолжать даже отсюда следить за залом.
— Императрица Селина продолжает играться словесными оборотами, Посол Бриала — хмуриться и сеять подозрения, а Великий Герцог Гаспар — напиваться, — разъяснила Посол.
Раз ему об этом доложила даже не Канцлер, Безумец понял, насколько очевидно спорщики заняты откровенной бутафорией и бездельем. А уж раз слово «напиваться» произнесено всегда тактичной Жозефиной, то шевалье решил не то, что баловства ради пригубить из бокала, как делал Дориан, а опустошить не один бокал, а то и — бутылку. Такое поведение в разгар переговоров магистр посчитал свидетельством действительно глупости, безалаберности солдафона и укоренился в своём вердикте, что умышленное показательное убийство эмиссара, чтобы обвинить Инквизицию, — не его ума дело.
— Если их мирные переговоры изначально были обречены на провал, зачем было при этом организовывать столь помпезный праздник, показывая перед всем двором свою неспособность к дипломатии? — хмыкнул тогда Безумец. Хромому магу, как и почти всей Инквизиции, изначально было непонятно, зачем устраивать бал во время встречи, которая должно решить судьбу всей страны.
— Такова традиция Орлея: важные переговоры должны сопровождаться грандиозным празднеством. Это позволит всем хотя бы ненадолго отвлечься от тяжести войны, а момент мира, праздника, напомнит сторонам, ради чего они здесь собрались, — любезно пояснила леди Монтилье для гостя из прошлого.
— Если судить по истории любой войны, то дворянское сословие — это те люди, чей быт тяжести военного времени затрагивают в самую последнюю очередь. Поэтому желание созидать иллюзию мира вместо того, чтобы сделать всё возможное для воцарения мира реального, звучит как фарс.
— В Древнем Тевинтере было иначе?
— Несомненно. В случае возникновения подобного рода конфликтов Имперский Сенат собирался с весьма конкретной целью — этот конфликт решить, не позволяя себе отвлечение на празднества.
— Разве Сенат в тот же день и час был способен прийти к единогласному решению?
Не спеша упрямо отстаивать своё мнение, Безумец призадумался. Хотя изначально мужчина был полностью уверен в своей правоте, однако всё равно уважительно отнёсся к позиции оппонентки, проанализировал услышанное, а в итоге даже встал на её сторону. Действительно, то, что он считал различием, на самом деле является лишь обратными сторонами одной медали: вместо того, чтобы сконцентрироваться на решении важных для страны проблем, лорды и леди Орлея устраивают празднества, танцы, а магистры Тевинтера, пока нехотя соберутся в Сенате, пока придут к единому решению, успеют друг с другом переругаться, вызвать кого-нибудь на дуэль, а кто-то, может, ещё и умрёт, если выберет не ту сторону конфликта. В общем политика нигде не отличается и одинаково ему не нравилась.
