С мыслями о барьере отряд опустил взгляд и уже по-новому взглянул на мост. Теперь его особенности не казались просто декоративными. Например, две статуи у подножья — по своей высоте они не сочетались с общей плоской конструкцией моста, у которого даже по бокам парапетов не было, и других похожих поблизости тоже не наблюдалось, в том числе на противоположной стороне. А казалось бы, должны быть хотя бы для симметрии, которую элвен трепетно соблюдали.
Этот отмеченный нюанс в архитектуре моста оказался верным. Стоило ещё немного понаблюдать, дождаться, когда Корифей, ослеплённый гордыней из-за испуга противника, взошёл на мост, тогда эти статуи и раскрыли своё назначение. Вспыхнув синим светом, огнём вперемешку с молниевыми хлыстами, защитный механизм активировался и с гулом выбросил весь этот магический поток на вторженца. Корифея окутала сильнейшая магия, заискрилось окружение вокруг него, наконец-то его остановив.
Первые пару секунд эльфы злорадно ликовали, однако потом яркий синий свет позволил всем отчётливо разглядеть под капюшонами появление смятения, удивления. Сила магии защитного заклинания была столь огромна, что один удар способен полностью испепелить любого, попавшего в ловушку. Однако этого не произошло. Шли секунды, но заклинание так и не смогло выполнить свою работу. Корифей стоял, объятый синим потоком магии, едва мог шевелиться, на способной к выражению мимики части лица было видно, как ему больно, он рычал, однако умирать и испепеляться не собирался. Очевидно, это совсем не то, что задумывали древние разработчики защитного механизма: он был разработан без расчёта на то, что кто-то под воздействием такой магии не только выживет, но и будет сопротивляться. Как итог вскоре над площадкой начал усиливаться гул, сильный вой, сами статуи объяла та же магия, они задребезжали, пошли трещинами, сколами, свет стал почти невыносим для глаз. Эльфы, предвидя что-то совсем для них непредсказуемое, начали пятиться уже панически, но не успели.
Всё это нагнетание закончилось мигом самой страшной тишины, а потом случился взрыв. Тело первого порождения тьмы обратилось в пыль, статуи черепками полетели в расселину, ознаменовав разрушение древнего защитного механизма, рядом зарябил воздух, видимо, взрыв ослабил поверхность барьера вокруг, а все участники сражения были задеты взрывной волной.
Повезло меньше всего Часовым: все эльфы, которые стояли ближе к эпицентру, погибли мгновенно. Те, кто был на средней дистанции, оказались оглушены, но если полёт и падение для кого-то из них прошёл благополучно, то, возможно, они смогут прийти в себя, сохраняя боеспособность. Смогли подняться только последние ряды элвен и принялись отступать к храму. Бросать выживших соратников они не хотели, но времени им никто не дал, потому что венатори пострадали значительно меньше и, не мешкая, сразу бросились следом за стражей. То, что никого из тевинтерцев гибель своего лидера даже не потревожила, навевало не самые радостные мысли.
Венатори столь быстро прорвались в храм, что когда отряд Инквизиции спустился к мосту, то обнаружили они только оглушённых или мёртвых.
— Что за Источник, о котором он говорил? — спросила Кассандра, пока по её приказу отряд добивал ещё живых венатори и искал среди Часовых выживших. Когда таковые нашлись в количестве двух эльфов, было принято решение им помочь.
— Vir'abelasan в более грубом переводе может означать «Источник Скорби». То, что Корифей ищет, — ответил Безумец и мог воистину погордиться своими лингвистическими познаниями, ведь ещё в храме Думата он предположил, что специфическая фраза «там, где обитает печаль» относится к чему-то эльфийскому и правильно её перевёл на язык элвен.
Дальше, кажется, пошло обсуждение, что это за Источник, зачем он Корифею и можно ли после такого взрыва воскреснуть, но Безумец не участвовал в пустом, по его мнению, гадании на винной глади. Вот войдут они в храм, тогда и узнают, что эльфы скрывают от мира. Мужчине и так было тяжело поспевать за остальными, ввиду вновь проснувшейся метки и накатившейся слабости. Вместо обсуждения или осмотра поля битвы сновидец предпочёл подойти к мосту, чтобы изучить место взрыва. Благодаря чему вскоре вынес вердикт, что барьер в этой области ослаб и Инквизиция может спокойно пройти дальше, не боясь быть испепелённой.
«Т-ты? Почему ты здесь, почему среди глупцов, отвергших своё спасение?»
Однако сообщить об этом союзникам маг не успел. Вдруг слабость, которая пришла вместе с болью, мгновенно усилилась и стала невыносимой.
«Мы могли спасти этот мир, могли направить его к истине. Ты должен был быть рядом, когда я взойду на трон.»
Мужчина, вроде только-только смотрящий на всё ясным взором, почувствовал головную боль, головокружение, потом в глазах резко потемнело. А его самого бесконтрольно повело.
«Но ты не принял мой дар… Ты отвернулся!»
Маг даже не мог понять, устоял он на ногах, смог на что-то опереться или просто упал на землю, доламывая ноги, потому что сознание его не просто отключалось, а словно вообще покидало тело, погружаясь в безвольную тьму.
