В качестве компромисса молодожёны ограничились светской церемонией и остались каждый при своей вере. Андрей упросил дочь в душе не отрекаться от их семейной религии и жить по Торе. Ольга дала отцу обещание и тут же забыла о нём. Андрея это полностью устроило. С Дамиром было ещё проще: Вишневский больше никогда в жизни с ним не разговаривал, и для обоих это было лучшим продолжением тёплого знакомства.
На свадьбе Андрей Васильевич наконец познакомился с Олиными друзьями: Ирой и Даниилом. Кильман ему очень понравился, а когда Андрей Васильевич узнал, что Даня — чистокровный еврей, так и вовсе полюбил молодого человека. Ира с Даней долго отпирались, но добродушный дядя Андрей помог им с рестораном. Вишневский выбрал лучшее место — прямо в центре Петербурга, недалеко от канала Грибоедова. Привлёк знакомых, которые помогли с документами и ремонтом. Ирочка счастью своему не верила. Даниил кланялся, улыбался и обещал, что обязательно отплатит их семье, как только окончательно встанет на ноги. Так и произошло: когда Даниил Кильман убедился, что прочно стоит на обеих ногах, он первым делом расплатился с Андреем Васильевичем и даже дал ему сверх того, что обещал возвратить. Кильман был человеком не просто неглупым, но до удивительного интуитивным в вопросах деловых (потому его заведение так скоро и превратилось из дешёвой забегаловки в настоящий ресторан) и понимал, что на одних словах «бесконечно благодарны» им с Ириной далеко не уехать. Андрей Вишневский, который с лёгкостью мог превратить «бесконечно благодарных» в «бесконечно должных», уже вовсю потирал руки в предвкушении осторожных разговоров о финансах. Даниил почувствовал приближение часа расплаты и подсуетился, чтобы обрести независимость. Ирина Кильман ещё долго колола мужа наивными вопросами в духе «Разве деньги нужно было возвращать?», или «Неужели ты так плохо думаешь об Андрее Васильевиче?», или «Не всерьёз ли ты решил, что мы ему должны? Мы и так обещали их семье бесплатные ужины!» Даня лишь смеялся и переводил тему на поцелуи, дивясь простодушию жены; неудивительно, как просто Ирина попалась в молодости на удочку бандитов, которые также уверяли её, что деньги возвращать необязательно.
После свадьбы Дамир Хассан увёз Олю в трёхэтажный загородный особняк недалеко от Петербурга. Там и остались жить. Первая брачная ночь выдалась бурной и громкой: Дамир до утра наслаждался юным телом супруги, каждый новый поцелуй был слаще предыдущего, его руки, как шёлк, обволакивали её нежный белый стан, и, прижимаясь к ней, он вырисовывал своим телом на её теле эскиз их будущего ребёнка.
Благодаря Дамиру в Ольге рано начали проявляться черты зрелой женщины. Голос теперь звучал ниже, бёдра и грудь налились необыкновенной чувственностью, милая девичья улыбка и вовсе пропала — ей на замену пришёл породистый эстетичный оскал, сводящий с ума партнёров Дамира на деловых встречах. Она теперь имела поразительное сходство со своей матерью, хотя в её страстном, взрослом, устало-нежном взгляде какое-то время ещё угадывались остатки детской наивности. Вскоре исчезло даже это, и Ольга Суббота в свои восемнадцать лет окончательно стала женщиной.
Как и обещала Оля, Дамиру «обзавидовались все». Его молодая жена была ночными грёзами каждого её одноклассника, каждого соседского мальчишки, нередко на неё заглядывались и отцы этих самых мальчишек, и теперь они кусали локти и обливались слюной, стоило ничего не подозревающей Оленьке пройти мимо них под руку с каирским красавцем и наивно помахать им ладонью. Андрей Васильевич рвал и метал. То и дело он спрашивал у Оленьки: «На что тебе этот мусульманин?» Оля поначалу брыкалась, спорила, обижалась. Позже пыталась игнорировать, но вспыльчивый нрав брал своё, и дольше двух минут безразличное молчание обыкновенно не длилось. Тогда Оля стала делать всё отцу наперекор. Каждая их встреча оканчивалась ссорой, а после каждой ссоры встречи становились всё реже. В последний раз, когда Андрей Васильевич пригласил Дамира с Ольгой в ресторан, он поклялся не душить дочь вопросами и упрёками. Ольга поверила и пришла вместе с супругом. Вишневского хватило на полчаса, пока все молчали, уткнувшись в меню. Но потом Дамир задержал на нём взгляд дольше полутора секунд, и мужчина вновь сорвался.
— На что он тебе? — обратился Андрей к дочери и принялся уговаривать: — Он тебе в отцы годится, женат был, вы едва знакомы и ещё куча и куча неприятных фактов. Раз моя дочь такого мужа себе выбрала, то разве не лучше было пойти за Финдельмана, нашего соседа? Взрослый, солидный, с высшим образованием, со связями, знает тебя с детства, а главное, знает меня, стало быть, девочку нашу ни за что не обидит и не предаст. А Дивановская Ирина, подруга твоя — так она за Кильмана пошла, за хорошего и честного человека, а ни за какого не за Абдаллу! Ну что же ты, Оленька, пример с друзей не берёшь?
