— Скорее всего. Наёмники так не работают, — невысокий следователь махнул зажатой в руке сигариллой. — Следов мало, работала группа от трёх до семи человек. Но скорее ближе к трём, чем к семи. Все тела сожжены вместе с домом. Судя по следам, наружную охрану и слуг вырезали почти без боя, не подняв тревогу внутри. При этом девки и спиногрыз живы и не попорчены опять же. Элита работала, клан убийц или спецура. Не наши проблемы, короче.
— А знаешь что? Насрать, кто удавил эту мразь! Сегодня вечером напьюсь за их здоровье и за покой всех наших, которых эта возомнившая себя неприкасаемой погань убила или подставила!
— Согласен. Сдадим бумаги и вечером всем отделом в «Бухту».
Подполковник имперской разведки Лоренц или просто Полковник с нечитаемым лицом перебирал бумаги, доставленные помощником. Отточенный разум анализировал информацию, перебирал множество вариантов и прикидывал возможную последовательность действий.
Под конец мужчина положил в папку последний лист и, убрав её в стол, стянул с длинного, чуть крючковатого носа очки. Переминающийся рядом молодой двадцатилетний парень не выдержал и всё-таки задал вертевшийся на языке вопрос:
— Почему вы не сказали, что вызвали боевую группу, подполковник?
Мужчина еле заметно прищурился, подавляя вспышку раздражения. Полковник, терпеть не мог приставку «под» в своём звании. Увы, но уже многие годы он не мог от неё избавиться. Не потому что он плохой разведчик, просто всегда находились более достойные кандидаты на повышение, чем сын нищего дворянина, потомок выслужившего дворянство солдата. Всегда находились более знатные, более богатые, обладающие большим количеством связей в верхушке — и далее, далее, далее.
Иногда доходило до того, что не успевший сбрить первый юношеский пушок мальчишка, из заслуг имевший только правильное происхождение, занимал высшую офицерскую должность: ведь по бумагам он служил с рождения. К счастью, это касалось лишь армейцев, к которым стремилась жаждущая славы дворянская молодёжь. В родном ведомстве Лоренца до такого маразма пока не докатились.
Тем не менее разведчик давно понял, что если и получит повышение, то только перед отставкой. Он и так прыгнул выше головы, удачно подставив своего начальника и заняв его место. В конечном итоге, как понимал мужчина, ему грех жаловаться. Несмотря на досаждающую приставку «под-" Лоренц занимал полноценную полковничью должность, а власти имел не меньше иного генерала, так что он внутренне смирился с таким положением дел.
Да, смирился — но неприязнь к стремительно взлетающим по карьерной лестнице «золотым детишкам» давно стала частью характера уже немолодого разведчика.
И теперь яркий представитель нелюбимой Лоренцем прослойки, стоял перед ним и
— Для начала, молодой человек, — Полковник принципиально не называл навязанного помощника по званию, — я не обязан перед вами отчитываться, — увидев, как перекосило смазливого юнца от «молодого человека», Лоренц пришёл в несколько лучшее расположение духа. — А во-вторых, насколько мне известно, нам не присылали усиление.
— Не присылали? Значит, это обманщики?! Необходимо немедленно найти и покарать наглецов, посмевших прикинуться нашими людьми!
«Идиот, — устало подумал Полковник. — Рассадят на ключевые посты таких дурачков-сыночков, а потом спрашивают, почему в стране всё через задние ворота».
— И, разумеется, у вас есть план, как и какими средствами задержать боевую группу неизвестной силы, численности и принадлежности. Поделитесь со стариком?
— А-а, э-э, полагаюсь на ваш опыт, господин Лоренц, — смутился юнец.
— Что же, тогда я займусь своими обязанностями, а вы идите и займитесь своими.
Когда его, наконец, оставили одного, Полковник некоторое время размышлял, замерев в кресле и по давней привычке перебирая рукой любимые ониксовые чётки. Затем он вынул из стола папку и снова пробежался взглядом по предоставленным полицией материалам. Чёрные камешки издавали тихие щелчки, а Полковник смотрел куда-то сквозь стены, туда, где сплеталась невидимая паутина причин и следствий.
