Ещё один кусочек в картину мира.
Довольно иронично — но я, как имперская убийца, едва ли не больший чужак для «мира нормальных людей», чем уроженец иной реальности Виктор. Разве не смешно?
Договорившись со Счетоводом, что время в городской администрации он проведёт без охраны лысого (кто там на него может напасть?), приказал завтра с утра пораньше подготовить мне всё для похода к врачам.
* * *
Отозвав миньонов, направился в гостиницу пешком, сделав небольшой крюк через сквер, чтобы подышать свежим воздухом. Достигнув своей цели, я сбавил шаг и углубился в зелёные насаждения, подальше от мощёных тропинок и бродящих по ним вечерних гуляк. Если отойти от центральной, хорошо освещённой дорожки — нетрудно добиться достаточного уровня уединения: мало кто готов бродить в темноте. А вот моему улучшенному духовной силой зрению света вполне хватало, что позволило с удовольствием прогуливаться по припорошенной листвой травке, наслаждаясь темнотой и одиночеством.
Мне бы сейчас ещё плеер с какой-нибудь тихой, меланхоличной песней, и совсем бы хорошо стало. Но чего нет — того нет.
Минут через десять моя уединённая прогулка оказалась нарушена донёсшимся из зарослей женским криком. Голос быстро оборвался, будто крикунье заткнули рот.
— Что за люди? — недовольно бурчу под нос, тем не менее, сворачивая в сторону шума. — Не дают спокойно погулять. Как ни выйду, вечно отвлекают.
Может, из не особо добродетельной и не слишком чувствительной к чужим страданиям убийцы и не получится героини, спешащей на помощь страждущим спасения. Но мне не нравилось, что на улицах моей страны процветала всякая грязь. И я собирался от неё по мере возможностей избавляться. Мне хватало зла и в, хех, собственном лице.
В глубине зарослей, на полянке за неухоженными кустами, открылось сомнительное зрелище. Свора парней немного постарше меня, лет шестнадцати-восемнадцати, окружила какую-то девушку. Та, в отличие неплохо одетых насильников, на сытых лицах которых читалось если не богатство, то достаток, носила чистое, но небогатое, простого кроя и из недорогого материала длинное платье — причём уже попорченное разрывом на груди и кровью, стекающей из разбитого носа хозяйки.
— Извращенцы, — негромко буркнул, оглядев жертву. Может, я и предвзят, привыкнув к окружению воинов духа, которые выглядели красивее подавляющего большинства неодарённых людей, но чем эта, обладающая довольно посредственной внешностью особа прельстила аж пятерых «воздыхателей» — понять не мог.
Девушка с надеждой тянула руки к одному из пятёрки, плача и прося сказать, что всё происходящее — просто шутка, но в ответ получала злые насмешки.
Немного послушав и понаблюдав, я понял, что глупая, поверившая, что нашла своего «принца» «золушка» сама явилась в сквер на свидание. Только дальше романтичная сказка про любовь закончилась. Принц пришёл с друзьями, а свидание, по их плану, завершалось сеансом жёсткого порно, который «золушка» могла и не пережить.
«Нет, ещё пара таких случаев и я пойду в центральный офис МВД. Раз приходится работать вместо тупоголовой стражи, то и зарплата должна доставаться мне! А то тружусь, понимаешь, на общественных началах, а выхлопа никакого. Пусть хотя бы красивую грамоту выдадут», — представив, как врываюсь в полицейское министерство и требую от министра Сейги выдать мне грамоту за борьбу с преступностью, я издал короткий смешок.
Тем временем события на поляне переходили к финальной части развернувшейся драмы. Я не относился к поклонникам жанра БДСМ и его более жёстких вариаций, да и нагулялся уже, так что дальше тянуть с «уборкой» смысла не видел. Происходящее явно не просто реалистичная ролевая игра. Уж что-что, а чувствительность к негативным эмоциям у меня и раньше была неплоха, а теперь только выросла — и ужас девушки, замешанный на отчаянии, чувствовался вполне явно. Конфуза с перебитыми любителями странных сексуальных игр не предвиделось.
Да и Яцуфуса жаждала крови, поторапливая и посылая прохладные волны предвкушения.
«Похоже, я сделаю целых два добрых дела: уберу грязь и покормлю бедный страждущий меч», — подумал я с мысленной усмешкой.
Хотя Яцу, в отличие от Мурасаме сестры, вроде бы не кушала души убитых врагов, но, по моим наблюдениям, проявляла неравнодушие к крови и (возможно) жизненной энергии. Ещё бы со мной делилась, вредина! Мне, быть может, тоже хотелось научиться вампирить чужую жизнь.
Вскоре, находясь в паре сотен метров от места событий, я неспешным шагом двигался к выходу из сквера, а шакалята, получившие смертельные, но не убивающие сразу ранения — наслаждались последними минутами жизни. Как говорится, если хочешь с кем-то поиграть — будь готов, что поиграют с тобой.
Через некоторое время среди деревьев раздался истошный женский визг. Это жертва неудавшихся насильников избавилась от верёвок и кляпа.
