Из Тьмы (Арка 5) полностью

А потом, когда покончу с этим направлением, которое, если по-хорошему, требовалось хорошенько прозондировать ещё вчера, можно приступить к перепрошивке сознания Хрустика. Антисоциальное членистоногое, если не заретушировать одни его инстинкты и не подстегнуть (или внедрить) иные, способно доставить неприятности даже в виде пробуждённого и полностью подчинённого миньона. Прапор подтвердит!

Дела-дела!

Примечания:

Пункт тапкоприёма открыт)

Автор и Куроме выражают признательность тем, кто поддерживает текст на Бусти или делает пожертвования на Тёмный Алтарь Печенек.

А.Н. — бечено.

В тему сеяния разумного, доброго, вечного: посеешь Куроме — пожнёшь АИ! :D

Генерал без армии стоял на обочине дороги, почти равнодушно наблюдая, как мимо него на юг движутся колонны войск северян. Движутся, чтобы упереться в разрушенный мост и остановиться перед текущей через широкое ущелье быстрой, не схваченной льдом рекой.

Одна его рука, закреплённая в самодельном лубке из двух связанных вместе дощечек, висела на перевязи в виде перекинутой через шею грязной тряпки, рукав другой густо пятнала подсохшая и подмёрзшая кровь — своя и чужая. Край перемазанного какой-то сажей лба и висок прочертила косая борозда кое-как зашитой раны, будто кто-то уколол его в голову кончиком меча, но неудачно и удар прошёл вскользь. Под покрасневшими от полопавшихся капилляров глазами набрякли тяжёлые синяки — удар клинком по голове явно оставил не только внешнюю рану, но и сотряс мозг — но взгляд проигравшего свой бой воителя всё так же горел неукротимым пламенем.

На свиту подошедшего к нему принца и на него самого пленный не обратил никакого внимания. Или не понял, кто к нему подошел — что, учитывая хороший, но не блистающий украшениями доспех Героя Севера, вполне разумное предположение — или (что вероятнее) ему просто было всё равно.

Но Сейка не обиделся. Он гордый, но не настолько.

Да и нужен ему этот человек. Как с военной точки зрения, так и с политической.

Армия Севера уже захватывала в плен старших и высших офицеров, но эти паркетные свиньи при званиях если и будили какие-то чувства у настоящих вояк, то лишь презрение. А вот неподдельный боевой генерал, перешедший на его сторону — совсем другое дело. Из него можно сделать символ. И Кель отлично подходил на эту роль. Имелся запасной вариант в лице другого боевого генерала, взятого в окружение на восточном фронте, но тот упрямец неплохо укрепился, по сей день успешно сдерживая превосходящие силы Севера.

Впрочем, в успехах того, второго, отчасти виноваты «таланты» командующего фронтом, назначенного туда, скорее, по политическим мотивам, нежели за полководческие умения. Сам Сейка не сомневался, что руководи тем участком он лично — и рыжеволосый упрямец давно бы пал.

— Приветствую вас, имперский бригадный генерал Кель. Любуетесь нашей победоносной армией? — с долей ехидцы и превосходства поинтересовался одержавший очередную победу полководец.

Не оборачиваясь, генерал мрачно ответил:

— И вам того же, принц, — оказывается он всё-таки узнал высокого гостя. — Я не любуюсь. Я размышляю, как много сил у нас уйдет, чтобы вас всех закопать.

— Имперский генерал шутит? — улыбнулся его пленитель. — Люблю врагов, которые сохраняют юмор и присутствие духа несмотря ни на что.

Кель промолчал, всем своим видом показывая, что не желает вести светский разговор. Но победитель опять не обиделся: он мог понять чувства проигравшего генерала. Достойным противникам можно простить некоторое своеволие.

До определённых пределов, разумеется.

— Скажите, генерал, вы по своей инициативе занялись уничтожением инфраструктуры, что так осложнило наше продвижение? Или всё же выполняли приказ? — спросил Сейка.

— По своей, — тяжело обронил имперский офицер.

Принц, убедившись в своих предположениях, удовлетворённо кивнул непокрытой головой.

— Значит, вы не только присутствие духа храните, но и собственное мнение, отличное от начальственного, имеете, — улыбнулся молодой брюнет. — Мои агенты доносят, что ваши штабные совсем потеряли связь с реальностью. Наверное, где-то там, в своих грёзах, они даже побеждают, раздавая друг другу неиллюзорные повышения и награды. Но вы не такой. Вы — одаренный воитель и военачальник. Даже странно, что нам удалось вас схватить, — польстил собеседнику Герой Севера.

— Чего здесь странного? — хмыкнул пленник. — Ваших воителей было раза в три больше, чем в нашем заслоне, а солдат и вовсе в пять. Да и Мастера ваши… у нас никого сильнее Воина не нашлось. Будь соотношение два или хоть три к одному — и, улыбнись нам боги удачи, мы сумели бы отбить первый приступ. Сумели, задержав вас, отступить сами. А так… нас просто смели. Но задержать вас мы всё равно смогли, — потрескавшиеся губы тронула улыбка, отчего из уголка рта выступила кровь. — Теперь вашим солдатам придётся ждать, пока наведут новую переправу.