Из Тьмы (Арка 5) полностью

— Совершенно верно, — согласился северянин. — И, признаю, ваши отважные воины сумели неприятно удивить моих. Мы потеряли почти пять сотен убитыми и ещё сколько-то ранеными. Из них три десятка одарённых. Вместе с ранеными, конечно, — увидев вскинутую бровь Келя, добавил принц. — При таком неравенстве сил потери очень серьезные. Я ведь верно понимаю, что вы лично остались, дабы позволить второму отряду уничтожить мосты? Вы ценой жизней солдат, офицеров и вашей собственной хотели задержать нашу армию?

— Да, — коротко ответил генерал — единственный выживший боец возглавленного им заслона.

— Поздравляю, вам это удалось, — с толикой неподдельного уважения кивнул Сейка. — Вы действовали грамотно и сумели нам досадить. Теперь у Империи будет чуть больше времени для того, чтобы приготовиться к следующему бою. Но ведь, сумей вы уйти, вас бы наказали за такую инициативу, — продолжил он с любопытством. — Мои разведчики доносили, что ваше командование приказало защищать мосты. Вашу бригаду поставили здесь, чтобы просто не дать моим солдатам выйти к реке, — лицо имперца исказилось в злой саркастичной усмешке. — Да, вы и я понимаем, что это невозможно, но не ваши штабные, — Сейка тоже улыбнулся, но уже покровительственно. — Таким образом, получается, что вы не просто проявили инициативу: вы нарушили приказ. Зная порядки в вашей стране, не удивился бы, если бы вас разжаловали или даже казнили. У вас ведь нет огромных капиталов и связей в верхах, а проигрываемая война требует виноватых. Не правда ли, смешно — стать виноватым за умелые и своевременные действия?

Кель безразлично дёрнул относительно здоровым плечом:

— Могли разжаловать, могли и казнить. Наш род попал в немилость. Я бы не удивился.

— Да, я знаю вашу биографию, — покивал темноволосый принц. — Ваш отец в опале, ему запрещено появляться в Столице. Ваша сестра стала вдовой при живом муже, который заперт в темнице якобы за участие в заговоре. Вам тридцать пять лет, а вы, будучи на пике ранга Воина — всего лишь провинциальный бригадный генерал с сомнительными перспективами на повышение. Западные перевалы, южные джунгли, ледяные пустоши нашего севера — вы служили в самых дальних и негостеприимных местах, по сути, разделяя опалу отца. Разве это справедливо? — с нарочитым сожалением покачал головой брюнет в доспехах.

Его собеседник остался безучастен.

— Сегодня вы доказали, что на голову выше той серой завистливой плесени, что обычно именуется «имперскими офицерами». И, заметьте, никто из сановных свиней этого не оценит. Зачем вам это надо? Из патриотизма? Чувства избранности имперского народа?

Принц насмешливо фыркнул.

— Да, Империя огромна и сильна, — риторически согласился он после рассчитанной паузы. — Но вся ваша гордыня — всего лишь мишура, призванная прикрыть то, что вам просто повезло. Когда-то вы ухватили лучшие земли, которые ныне ограждены Стеной. Пользуясь этими ресурсами, вы ухитрились на основе сохранившихся знаний создать уникальную научную школу, отобрали близлежащие аномалии у занимавших их чудовищ, а самих монстров превратили в тейгу. Это позволило Империи стать главной силой нашего мира и целую тысячу лет пребывать на вершине, кичась своей «великой цивилизованностью» на фоне не таких удачливых «отсталых дикарей». Которым вы же и установили жёсткий стеклянный потолок, выше которого нельзя подняться!

Сейка зубасто усмехнулся, показывая, что он не забыл и не простил всех унижений, нанесённых ему и его предкам.

— Но ничто не вечно, — продолжил принц. — За тысячу лет у вас прогнило все, что вообще могло прогнить. Ваша спесь, пороки, обиды, нанесённые друг другу и окружающим, а также зависть к аристократии «единственной настоящей страны», процветающей на чужой крови и костях — всё это повернуло против вас весь мир. Даже жалкие имперские сервы только и мечтают всадить нож в спину своим блистательным хозяевам, которых ненавидят сильнее любых внешних врагов. Ваши командиры почти поголовно предатели и шпионы: и мы, и Западный союз, и ваши революционеры узнаем о планах ваших штабов раньше, чем приказы доходят до честных офицеров вроде вас. Немало достойных представителей имперских родов поддерживают меня, вашу Революционную армию или даже хитроумных западников. И они делают это не за деньги, нет! Они жаждут справедливости. Империя привыкла душить и ломать, она делает это легко, не задумываясь и в любой ситуации. Никому не нравится жить сломанным и униженным, даже презренной черни. Поэтому мы не остановимся на нашей старой границе, как не остановились на той, что установили вы, отрезав часть исконных земель королевства. Мы пойдем дальше! — распалялся принц. — Наш поход — это начало конца вашей Империи! Она — умирающий колосс на глиняных ногах! Она не выдержит серьезной войны!

Пленник не впечатлялся пламенной речью и оратор это заметил. Что ж, если не работает воздействие через эмоции, то стоит подойти с более меркантильной стороны.