Выглядело это примерно так: к сидящему в кинозале Рыбе самопроизвольно подплывал экран со стоп-кадром кукольного доктора Дягилева (Дягилев в видениях Рыбы всегда возникал в виде куклы).
– Не жилец! – авторитетно заявлял Дягилев, открывая кукольный рот и тыча в Рыбу кукольным пальцем. – Кома – вещь серьезная и непредсказуемая. Боюсь, что в данном конкретном случае мы наблюдаем термальное состояние.
На этом кукольная тема обрывалась и начиналась рисованная – с егерем Михеем. Михей подкатывал к Рыбе вместе с другим мультперсонажем – садовником Эльчином, подозрительно смахивающим на товарища Саахова в исполнении народного артиста Этуша. Из глаз Эльчина-Саахова-Этуша лились слезы раскаяния, а из заросшей пасти – универсальное кавказское междометие «Вах, вах, вах!».
– И чё это за фигня такая? – спрашивал егерь.
– Термальное состояние – не что иное, как конечная стадия жизни. Преагония, агония и, как вы можете догадаться, – клиническая смерть, – пояснял доктор.
– Да-а! Что и говорить! Все там будем, прости господи…
– Вах, вах, вах!
– А тебе, Эльчинушка, еще и дадут на всю катушку. За непредумышленное убийство!
– Вах, вах, вах!..
– А шерсть на нем почему выросла, доктор? – никак не хотел уняться любознательный Михей. – Тоже термальное состояние?
– Думаю, это побочный эффект вакцинирования…
– Его, наверное, побрить придется… Перед тем, как в гроб класть. Собакой-то в гробу лежать радости мало. Или этим… волосатым… мамонтом, во! И вообще – не по-христиански в таком виде его закапывать… Человек все-таки, какой-никакой.
– Можно и побрить, – подумав, согласился Дягилев.
На следующих нон-стоп киносеансах Рыба увидел:
– старшую горничную Анастасию (искренне сожалевшую о несчастье, произошедшем с поваром);
– недоделанную химичку Марго (искренне сожалевшую, что несчастье произошло именно с поваром, а не с гнусным изменником Михеем);
– воспитательницу Нинель Константиновну, приведшую младших детей посмотреть на то, что бывает с людьми, которые не едят манную кашу и нарушают режим дневного сна;
– семейного священника отца Пафнутия, осенявшего себя крестным знамением и требовавшего изгнания бесовского отродья за пределы поместья;
– старших детей, норовивших сунуть пучок сена, шоколадный батончик и синтетическую собачью кость.
Последним – в венце из астероидов, протуберанцев, двойных звезд, красных карликов и голубых гигантов – явился всемогущий дракон-олигарх Панибратец. Рыба прямо-таки поразился, как далеко продвинулась технология компьютерных спецэффектов: астероиды над головой Панибратца летели сплошным потоком, протуберанцы ослепительно сверкали, двойные звезды двоились, красные карлики светили красным, а голубые гиганты – голубым светом. Присмотревшись внимательнее, Рыба заметил еще и крошечный звездолет «Заря» с отроками на борту; звездолет вылетал из одной ноздри Панибратца и влетал в другую, двигаясь строго по часовой стрелке.
– Что с ним? – строго спросил дракон-олигарх у Дягилева.
– Не жилец… Термальное состояние. Кома, – завел старую песню доктор.
– А шерсть откуда?
– Последствие вакцинации, я полагаю…
– Что за препарат?
– Экспериментальный. У меня записано…
– Название препарата и отчет о происшедшем – мне на стол!
– Будет сделано, господин Панибратец. Не извольте беспокоиться.
Рука Панибратца, увеличенная до размеров сан-францисского моста «Золотые ворота», протянулась в темный кинозал и максимально приблизилась к Рыбе. Теперь он мог разглядеть гладкие, как искусственный лед, ногти хозяина: по льду синхронно скользило некоторое количество фигуристов, хоккеистов, конькобежцев и уже знакомых Рыбе императорских пингвинов. А у самого края (там, где ногти плотно примыкали к коже) расположилась группа любителей подледного лова.
– Что за шерсть? – спросил Панибратец, и Dolby-surround звук его голоса едва не оглушил Рыбу.
– Полагаю, что это шерсть тибетского яка.
– Отменная, отменная…
– Да уж. – Семейному доктору Дягилеву ничего не оставалось, как поддержать хозяина. – И страшно дорогая. Если бы наладить ее производство…
– Вы полагаете, доктор, что можно наладить производство?
– Не исключаю такой возможности. Поставим вакцинацию на поток и…
– Жду от вас развернутого бизнес-предложения.
– Собственно, я ведь врач… Не бизнесмен.
– Дела это не меняет. Бизнес-предложение – мне на стол.
– Ну хорошо, я попробую… А с поваром что делать? Нового искать? Мы ведь завтра улетаем во Вьетнам, если вы помните.
– Помню. Повара искать не надо.
– Как же так, помилуйте…
– Грузите в самолет этого.
– Но ведь он не жилец… Не сегодня завтра преставится. Что с телом-то делать в чужой стране?
– Этот – не преставится, – уверенно заявил Панибратец. – Этот выкарабкается, зараза. Грузите, и дело с концом.
…Дракон-олигарх как в воду глядел: Рыба не помер.
