— Я предпочитаю мужчин, которые могут сражаться, — сухо заметила Изабелла. — И если Хьюго Деспенсер попытается претендовать хотя бы на фут земли Мортимера, ему придется сражаться! Роджер Мортимер никогда не отдает того, что ему принадлежит.
Гордость в ее голосе и то, как она высокомерно вскинула голову, выдало ее настоящие чувства. Вдовствующая королева посидела некоторое время молча, вздохнула и спросила:
— Тебе известно, что он женат?
Она задала этот вопрос нарочито спокойным тоном, без всякого нажима.
Она увидела, как окаменела спина Изабеллы, которая перестала перелистывать страницы Часослова.
— Нет, нет! Я не знала этого. — Почти спокойно ответила она после небольшой паузы. — Но какая разница?
— Никакой. Мне стало интересно, знаешь ли ты?
— Кто же она, супруга Мортимера?
— Она французского происхождения, как и мы с тобой. Жанна де Женвилль. Дочь Хьюго XII Линсиньона.
Изабелла закрыла большой Часослов, переплетенный в кожу, делая это очень медленно, долго и тщательно застегивая золотую застежку.
— Маргарита? — произнесла она, не отрывая взгляда от Часослова.
— Что, моя дорогая?
— Она красивая?
— Не знаю. Я никогда ее не видела. Они живут в Вигморе в Уэльсе, далеко от двора.
Она внезапно улыбнулась и протянула руки к Изабелле.
— Может, это и к лучшему, Изабелла!
Изабелла приблизилась к ней и, ласково улыбнувшись, взяла ее за руку.
— Да, особенно сейчас, когда я опять выполняю супружеский долг верной жены. Мне кажется, что у меня опять будет ребенок!
— Моя дорогая! Как у тебя все прекрасно складывается в твоей замужней жизни, несмотря на все невзгоды!
Маргарита была настолько слаба, что у нее на глазах появились слезы. Она была рада услышать новость племянницы.
Позабыв о достоинстве королевы, Изабелла придвинула стул к креслу Маргариты.
— Мне остается только надеяться, что у него будет достаточно еды, — засмеялась она. — Хотейн, мой управляющий, рассказал мне, что шерифы вчера заставили народ стоять в очереди за хлебом на Пай-Лейн. Один каравай на всю семью.
— Похоже, ты уверена, что это будет еще один сын!
Они засмеялись и снова почувствовали себя счастливыми. Они больше были похожи на сестер, чем на тетю и племянницу.
— Мне бы хотелось маленькую девочку, чтобы назвать ее Маргаритой в твою честь, — задумчиво протянула Изабелла. — Хочу тебе признаться, что когда я вспоминаю годы, проведенные здесь, могу сказать, что была бы более злой, если бы тебя не было рядом.
— Тебе пришлось так много страдать…
— Ты теперь признаешь это?
— Теперь, когда меня вскоре не станет… — Маргарита снимала и снова надевала кольца, которые стали такими свободными на ее похудевших пальцах. Она вспомнила странные и сложные годы своего вдовства. — Если я казалась тебе слишком жесткой, это потому, что я всегда верила в щедрость твоего сердца. Что оно восторжествует над злом, которое принесла тебе жизнь…
Когда Маргарита собралась вернуться в Уилтшир, Эдуард сам выбрал самых сильных и спокойных лошадей, чтобы везти ее карету. Юный Нед доказал ей свою любовь, предложив в подарок свою любимую деревянную лошадку Дорогого Друга. Маргарита тактично отказалась от подарка на том основании, что лошадка выглядит такой неспокойной, что все будут принимать ее за сильного боевого коня.
— Вы уверены, что сможете хорошо перенести путешествие, Маргарита? — спрашивал у нее Эдуард.
— Не волнуйтесь за меня, — успокоила она. — Эдмунд проводит меня до Виндзора.
«Как сильно она любит своего младшего сына, хотя он такой же слабохарактерный, как и ее пасынок, наш король», — думала Изабелла.
— Может быть, ты передумаешь и останешься с нами? — умоляла она тетю.
— Мои дорогие, у меня есть дела в Мальборо.
— Какие дела? — вмешался Нед.
— Мне нужно привести в порядок все свои бумаги.
Изабелла протянула руки через шторки кареты и крепко прижалась к тете, ее щеки были мокрыми от слез.
— Мальборо, Братертон, Лидс. Как часто вы жили там, вдали от нас! Но никогда прежде мне не было так тяжело расставаться с вами!
Король и принц стояли, взявшись за руки, и махали ей.
— Наша милая Маргарита, постарайтесь поправиться на хорошей пище в ваших краях и скорее возвращайтесь к нам! — прокричал ей Эдуард, когда карета двинулась в путь. — Вы прекрасно знаете, что у нас все рушится, когда вас нет с нами!
Вскоре после того, как уехала вдовствующая королева, пришли неприятные известия, что Брюс захватил сильно укрепленный пограничный город Бервик. И даже Эдуард не мог больше зря тратить время, пока северные ворота его королевства находились в руках врагов. Томас Ланкастер еще раз отказался вести солдат, потому что его племянник не выполнял соглашения.
— В особенности те, по которым ты обещал избавиться от плохих советчиков, — утверждал он, указав на человека, которого ввели в состав королевской семьи, и он занял место советника, которое по праву принадлежало ему — Плантагенету. Поэтому Эдуарду пришлось выкручиваться самому, он собрал некоторое количество солдат и снова отправился на север.
