Кайли открыла рот, молясь, что какая-нибудь умная ложь придет ей на ум. Но в последнее время молитвы Кайли оставались без ответа, и этот раз не был исключением. Ее губы были открыты, но ни слова, ни единого не вымолвила. Даже хуже того было то, что ее мозг просто отключился.
— Слава Богу, что? — снова спросила ее мама.
— Что желудок перестал болеть. — Кайли положила свою руку на живот.
— У тебя болит желудок? — Тревога явна была слышна в голосе ее мамы.
— Пустяки.
— Ты не знаешь этого наверняка. — Настаивала мама.
— Знаю, — голос Кайли был несколько выше, чем нужно, она боялась, что мама потянет ее в медпункт. Черт, она снова может обвинить ее в беременности.
— Откуда ты знаешь, что это пустяки? — спросила ее мама.
— Потому что это просто … газы. У меня просто вздутие.
Ее мама покраснела, глядя на Джона. Кайли чувствовала, что ее собственное лицо разогревалось как духовка Бетти Крокер[7].
Из всех вещей, которые она могла бы придумать, почему именно газы?
Ее мама наклонилась к ней.
— Тебе нужно в уборную?
— Нет. Все прошло.
Мама продолжила.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
Кайли плюхнулась на стул и молилась, чтобы это не задало тон всей встрече.
Сорок пять минут спустя Кайли, Джон и ее мама все еще сидели за столом, болтая. Ну, то есть Кайли принимала небольшое участие в разговоре, а ее мама и Джон не замолкали. Они говорили о новой работе ее мамы, к которой она приступит через две недели, и еще они говорили об Англии.
— О, я купила тебе кое-что. — Ее мама достала пакет из сумочки. — Я знаю, как ты любишь футболки, — сказала она.
Кайли не могла не задуматься — моя мама ездила в Англию и все что я получаю это футболку, но ее мама улыбнулась и достала футболку из пакета, прочитав надпись на передней части: «Моя мама ездила в Англию и все что я получила — эта футболка».
— Идеально, — сказала Кайли, ей очень понравилось, тем более что она была розовая.
— Еще я привезла тебе это, — ее мама достала маленькую белую коробочку.
Браслет с подвесками мерцал на свету, почти волшебно, когда Кайли открыла коробку. Ее сердце пропустило удар, когда она рассмотрела подвески. Меч, который был очень похож на меч крестоносцев, крест, который был очень похож на тот, что нарисован на мече и эмблема Жанны Д’арк.
— Я купила его в одном замке, и там не было особого выбора подвесок, но… по какой-то странной причине мне захотелось выбрать тебе именно их. Надеюсь, ты не подумаешь, что это глупо.
Про «странную» причину Кайли хотела спросить, но не спросила.
— Нет. Мне нравится. Спасибо.
Очень знакомый холодок пронесся по ней как капли дождя.
Дэниэл был здесь? Неужели ее отец посоветовал ее маме купить эти подвески? Она оглянулась, чтобы увидеть его, но он не появился.
Слова эхом раздались в ее голове и страх заполнил ее сердце.
Шаги раздавались по всему залу, и Кайли заметила, что остальные родители уходят.
Ее мама обернулась.
— Эти визиты так коротки. Мне нужно забежать в уборную перед отъездом.
Ее мама вскочила и поторопилась уйти.
Кайли встала было, чтобы последовать за мамой, но рука Джона легла на ее руку. От этого прикосновения по ее спине побежали мурашки. Не от жара или холода. Просто это казалось неправильным. Она отдернула руку.
— Я надеялся поговорить с тобой, — сказал он.
Она посмотрела в сторону туалета.
— Я думаю мне…
— Есть ли причина, по которой я тебе не нравлюсь, Кайли?
Она посмотрела на него.
Кто там говорил, что честность это лучшая политика? Она не могла вспомнить, но решила, что он был прав.
— Посмотрим, — сказала Кайли, не делая паузы. — Начнем с того, что ты начал драку с моим отчимом перед всей школой.
Джон пожал плечами, словно защищаясь.
— Он первым ударил меня.
— После того как ты оскорбил меня и обвинил его. И ты также засунул свой язык в горло моей маме перед всеми студентами и их родителями. Хочешь, чтобы я продолжила? Я думаю, что смогу вспомнить еще, и очень быстро.
Гнев заполнил его глаза, но он справился с ним.
— Ты себя не сдерживаешь, да?
Она послала ему кривую улыбку.
— Это я еще сдержалась.
— Общаться с тобой одно удовольствие. — Сказал он. — Но все же мне кажется, что проблема в том, что твоя мама нравится мне, а я ей. Я думаю, что не открою тайну, если скажу, что нам будет полезно подружиться.
Кайли наклонилась к нему.
— Я не открою тайны, если скажу, что ты знаешь мою маму недостаточно долго, чтобы так говорить со мной.
Кайли могла поклясться, что его глаза вспыхнули. В нечеловеческом смысле. Она сдвинула брови, чтобы проверить его паттерн.
Был ли он человеком?
Его человеческий паттерн был очень ясным. Не то, чтобы он не мог быть хамелеоном, но…
Ярость окрасила его глаза в черный цвет.
