Главной проблемой плана были ошейники, снять которые можно было лишь с помощью какого-то артефакта, расположенного в главном доме.
— И как мы выберемся из зоны рабов? — справедливо заметил Тарн.
— Нас, скорее всего, мобилизуют на защиту дома, — предположил Эвраил. Также думала и Фия. Тагома, прознав о том, что его дочь сейчас мертва, придет сюда с внушительными силами. И вряд ли охраны дома хватит, чтобы противостоять им.
Оставалось только ждать.
Была ночь, но это Хэммиру не спалось. Он вот уже несколько часов лежал на кровати, уставившись в потолок и размышляя о собственной судьбе. А также о прискорбной необходимости в скором времени начать подыскивать себе новую супругу. Теолания, скорее всего, умрет, не смотря на все попытки тонхрона её спасти. Маг даже бегал за какими-то чудо зельями, пытаясь спасти её, но видимо, не получалось.
— Надо выбить ему зубы, чтобы больше он никого не смог укусить… — невесело усмехнулся эльф. А вот насчет мага… он не знал, как с ним быть. С одной стороны, Хэммир пообещал, что убьет его, если Теолания отойдет в мир иной, но с другой… он хорошо служил ему много лет.
Все-таки придется казнить. Обещание есть обещание, даже если оно было дано под воздействием эмоций. Скорее всего, этот старик уже сам приходит к мысли, что его жизнь вот-вот подойдет к концу.
Ну, и плевать.
Неожиданный стук в дверь прервал его размышления и заставил подняться с кровати. Накинув балахон, он открыл дверь, и удивленно отпрянул назад, увидев перед собой стоящего в полном обмундировании Тагому.
— Господин Ваннур? — удивленно охнул Хэммир, отступая на шаг назад. — Как вы?..
Но вместо ответа гость бросил к ногам главы дома Маома окровавленный перстень.
— Что это? — спросил хозяин поместья, поднимая золотое украшение.
— Это я должен спросить, — холодным как сталь голосом ответил Тагома. — Это кольцо принадлежало моей любимой Тиффинии. И как ты думаешь, где я его нашел?
— Откуда мне такое знать?
— У твоей уже покойной жены. Прежде чем прийти сюда, я заглянул к ней, так сказать, высказать соболезнование её самочувствием, и как думаешь, что я увидел? Этот перстень оказался у неё! Пришлось даже отрезать её милый пальчик, чтобы снять его.
— Послушайте… Это какое-то недоразумение!
— Я так не думаю, — покачал головой гость, подобно скале наступая на Хэммира.
— Охрана! Охрана! — Закричал он. И ему вторила проснувшаяся шума Амрория.
— Никто не придет, — усмехнулся Ваннур. — Ты же помнишь, как меня называют?
— М-Молот…
— Верно. «Молот» Тагома. А знаешь почему? — и не дождавшись ответа, ответил сам. — Потому что я сокрушаю все, что встанет на пути. И это знают все. Ты удивишься, но я пришел сюда один. И мне было достаточно сказать твоим людям уходить, как они ушли.
— Быть не может… — побледнел Хэммир, осознавая, что у него сейчас нет и шанса против незваного гостя, одетого в полный комплект тяжелой брони. Да даже если бы каким-то чудом глава дома сумел добраться до оружейной и одеть свой, едва ли это его спасло. Броня Тагомы была намного более совершенной.
— Да. Мне стоило прийти и сказать, что этому дому конец, и они побросали оружие и ушли. Вот она, сила! Вот она, власть! Мне не пришлось даже собирать войска для штурма. Да и зачем? Более того, когда все кончится, они скажут, что ничего не видели.
Лицо Тагомы исказила злобная гримаса.
Он схватил Хэммира за шею и поднял так, чтобы ноги эльфа не касались земли. Глава дома Маома задергался, попытался высвободиться, но незваный гость крепко держал его. На помощь пришла супруга, набросившаяся на Ваннура с кинжалом, но тот играючи отбросил её в сторону ударом руки.
— Тебя, Маома, я прикончу собственными руками. Буду наслаждаться тем, как жизнь уходит из твоего никчемного и слабого тела, — хохотал безумным смехом Тагома, продолжая сжимать шею эльфа.
Амрория после удара тяжелой латной перчаткой уже не встала, так что надежда на спасение у Хэммира таяла с каждой секундой. Он попытался ударить Тагому в открытое лицо, но в лучшем случае выходили слабые шлепки.
— Ничтожество. Ты такой же жалкий и никчемный, как твой отец. Даже хуже. Он хотя бы понимал свою собственную никчемность, а ты… — договорить Тагому не успел, поскольку из его правой глазницы неожиданно вышло острие клинка.
Ваннур пошатнулся, выпуская Хэммира из рук, и с недоумением коснулся острого металла, выходящего у него из головы. Все такими же неуверенными, пошатывающимися движениями он сделал шаг назад. После чего ухватился за рукоять кинжала, который пробил ему голову и резко вытащил его, чем самым подписав себе смертный приговор. Стоило оружию покинуть голову эльфа, как из раны тут же хлынул фонтан крови, после чего Тагому с грохотом рухнул на землю.
— Ах-ах-ха-ха… тяжело дыша Хэммир, не веря, что ещё жив. Переведя взгляд чуть в сторону, он увидел раба по имени Колтер с окровавленными руками, испуганно оглядывающегося по сторонам.
