Проводник в нерешительности остановился, оглянулся на царя. Александр продолжал идти, пытаясь разглядеть лица. По белым накидкам и бритым головам со сверкающими от масел макушками признал жрецов. Их торжественный вид свидетельствовал о том, что они вышли его встречать… Вперед выступил старец с леопардовой шкурой на плече — признак высокого сана; на это указывали набедренная повязка, прошитая золотыми нитями, и кожаные перчатки. Смуглое лицо, изборождённое глубокими морщинами, выражало почтительное смирение и одновременно любопытство. Взгляды их встретились…

Неожиданно Александр понял, что знает это лицо. Нектанаб?! Но как тот вещий старец, привидевшийся в давнем сне, оказался здесь? Хотя Нектанаб говорил, что они могут ещё встретиться…

Жрец, тщательно подбирая слова по-гречески, произнёс с возвышенным пафосом: «О, пайдион!», что означало: «О, сынок!»

Уставший от дороги, поражённый неожиданной встречей, Александр услышал: «О, пай Диос!», или «О, сын бога!», обрадовался неожиданному приветствию.

— Амон сообщил мне о твоём посещении. Вот прочему мы встречаем тебя, как сына бога.

Старец догадался, что произошло недоразумение, пояснил двусмыслицу:

— Бог эллинов Зевс и египетский бог Амон братья близнецы. Как Зевс, наш Амон — отец всех людей. Лучших из них он называет своими сыновьями. Поэтому я приветствую тебя, как божественного сына. Ты доказал это, пройдя испытание пу стыней. Ты не пустыню преодолел, а утвердил себя в своей боже ственной избранности. Амон объявит народу Египта о появлении своего избранного сына.

Старец приблизился к царю и тихо спросил.

— Я слуга Амона. О чём хочешь спросить у него? Скажи мне.

— Узнать истину.

— Так и будет.

Старец показал на стоявшего за ним жреца.

— Он укажет твоё пристанище на сегодня. Найдешь в нём воду для омовения, еду. Я приду ночью, проведу в жилище бога. Твои люди тоже найдут отдых.

* * *

За воротами из ливанского кедра открылась картина удивительной местности. Пальмовые рощи, кустарники яркой разноцветии, изумрудная зелень травы у водоёмов; лазоревая вода. Воины отряда, проходя по Сиве, не удержались от восторгов при виде этого праздника жизни; здесь поверили, что мучения закончились. Неподалёку от дороги им встретился ручей, на дне суетились рыбёшки. Строй в отряде распался сам собой; воины сбрасывали пропылённые и просоленные от пота одежды и бежали к воде. Но жрец закричал что-то на своём языке. Имошаг объяснил, что купаться нельзя, вода слишком холодная. Странно слышать, поскольку в это время солнце припекало безжалостно.

Как позже узнали македоняне, ручей здесь особенный. Среди дня вода в нём действительно ощущалась ледяной, но к вечеру сильно теплела, к полуночи становилась горячей. За ночь остывала, а к полудню вновь оказывалась ледяной. По этой причине ручей назывался «Источник Солнца».

По пути в гостевой дом царь наблюдал за жизнью оазиса. Неторопливо шествовали паломники, погружённые в собственные мысли перед тем, как посетить храм бога. Шатры кочевников выглядывали из-под пальм, в белых одеяниях хлопотали женщины, в песке копошились оголённые малыши, подростки с обритыми головами играли в какую-то забаву. Мужчины в набедренных повязках сидели у откинутых пологов. У некоторых на ногах тростниковые сандалии, большинство обуви не имели.

Жрец показал на холм, опоясанный глинобитной стеной.

— Дом правителя и жилище охраны. За первой стеной, выше, расположена другая стена, окружающая дворец, в котором живут жёны и наложницы правителя. А жилище бога, его храм, внутри холма.

Навстречу двигался небольшой караван из ослов; по бокам корзины.

— Везут соль на продажу, — пояснил жрец.

— Откуда здесь соль? — удивился Александр. — Её добывают из моря, выпаривая воду на солнце.

— Наша соль лучше: зерна чистые, как горный хрусталь, и не горькая. Чтобы добыть соль, копают глубокие ямы. Этим занимаются жрецы Амона. Насыпают в корзины, слои перекладывают пальмовыми листьями. Покупают торговцы, потом развозят по всему Египту. Соль очень ценится в царском доме.

Словоохотливый жрец поведал Александру немало интересного о Сиве. Оазис, богатый подземными источниками воды, отвоевал у пустыни сорок стадий в длину и почти столько же в ширину. Повсюду росли неприхотливые финиковые пальмы. Они способны питаться даже солёной водой. Пальмовые деревья разводят саженцами, растут они до ста лет, причём по ночам, а днём листья «разговаривают» с солнцем. Достоинство пальмовых рощ ещё в том, что в их тени устраивают виноградники, поля и огороды, на которых дважды в год выращивают урожаи. Жизнь человека в оазисах без пальм невозможно представить, как и пальм без участия человека.

Перейти на страницу:

Поиск

Все книги серии Всемирная история в романах

Похожие книги