Капитализм тоже плох, предоставляя избыточную свободу эгоизму личному или групповому, но терпим потому, что способен повышать экономический уровень жизни, не заботясь о её качестве.
В таком раскладе членам человеческого общества здравый смысл, логика предлагает девизом развития принять формулу: «Всего в меру».
Всего! Свободы, дисциплины, эгоизма, аскетизма, терпимости и радикализма. Если люди это примут, они ещё продлят свою историю. Если не примут, они уступят Землю иной биологической эпохе. Предположительно, бактериальной.
Кому он нужен? Всем нам нужен, и постоянно. Правда, при этом возникают сожаления об утраченных возможностях, несбывшихся надеждах и раскаяние в совершённых ошибках, но такова жизнь и таков человек.
Учения Кришны, Будды, Конфуция, бесспорно, очень интересны.
Проповеди западных теологов, пользующихся нашим гостеприимством, также нам не навредят, но с их помощью невозможно ответить на неотложные вопросы нашего быта.
Например, почему фирма «Макдональдс» пытается накормить меня гамбургером, сандвичем, кока-колой и другой экзотикой? Почему перестают ходить трамваи и мы не знаем, что с нами будет завтра? Кто готовит нам это завтра, без нашего участия? Помыслите!
Моя упрощённая схема жизни такова: человек живёт в плоскости треугольника, где стороны – воля, неизбежность и разум. Выйти из данного поля нельзя. За его пределами земное небытие. Другими словами: воля – это «я хочу», неизбежность – границы невозможного для человека, и разум – выбор между «хочу» и «следует».
Люди, верящие в божественный промысел, не мучаются над разрушением неизбежности и благодарно приемлют мир. Вера помогает им примирить волю и разум. Они не покушаются всё переделать или улучшить. Их нравственность, основанная на догматах вероучения, не агрессивна и человеколюбива.
Другой тип людей, материалист-атеист, лишён этих качеств. Гордыня отрицания и противопоставления, свобода совести превратили его в разрушителя и насильника. И сам ум стал нужен ему, только чтобы обеспечивать себе привилегии. Социальные теории атеистов, исходящие из их постулата «жизнь – борьба», сделали жизнь беспрестанной борьбой до истребления себе подобных.
Качественный потенциал человека определён инстинктом к размножению, потребностью в постоянном питании, стремлением к превосходству и нравственным внутренним законом совести. Последняя составляющая трудно просчитывается.
Классовая социальная теория, по канонам которой мы жили, плод завистливого ума, сослужила нам плохую службу. Человеческое общество – это сложная комбинация неограниченно разнообразных в направленности, одарённости и динамичности людей, с правом участия в непрерывной жизни. Усилия строителей коммунизма с призывами к равенству и коллективности приблизили нас не к братству, а к стадности, где все оказались рогатыми и бодливыми. Общество и личность без обратной связи оказались кровожадной химерой, структура которой проста: атаман, паханы, сатрапы – гонцы, и толпа (стадо) – быдло. В этой системе отношений мы так оскудели умом, что поверили, будто личная свобода и счастье возможны при нищенстве и болезнях, а мощное, милитаризованное до абсурда государство – предел земного благоденствия. Поэтому, вероятно, у нас никогда не было у власти профессионалов-экономистов, да и зачем они, если нет никакой собственности, кроме эфемерной всенародной. Управятся и политики! Но они не смогли, и нам не удалось пожить по формуле коммунизма – по потребности.
Какая чарующая чушь в этой дичайшей идее! Какую высокую степень бессознания мы являем собой, позабыв азбуку и социализма, и капитализма, от Сен-Симона, Маркса и Ленина до Г. Форда и Ф. Рузвельта.
Во всех социальных революционных событиях неизменно один порядок. Их вдохновители и исполнители, дружно осуществляя задуманное, в последнем акте драмы обязательно переходят к самоистреблению, предательству правых и левых, «овец» и «козлищ».
Этих фактов истории нельзя забывать при всех условиях, и я это хочу подчеркнуть.
Так было с якобинцами, а позднее и с коммунарами во Франции, так в ХХ веке происходило во многих государствах: в Германии, Венгрии, Чехословакии, Румынии, Польше, Болгарии, Югославии и других. Всюду самоистребление и предательства. Сначала во дворцах власти, а затем и в народе. Это однообразное постоянство говорит о сущности и моральной направленности зачинщиков событий. Вероятна также связь этого с тоталитаризмом в общественном устройстве.
Гуманизировать общественные отношения материалистам нигде и никогда не удавалось. В начале ХХ века Ленин, Троцкий, Бухарин, Сталин и другие дружно катили телегу революции, а затем последовал психоз самоистребления. До сих пор наука не объяснила народам с достаточной убедительностью этого феномена власти. Народ ждёт, благо он многотерпелив. Можно допустить, что предательства – неизбежный элемент политики, но его вульгарную суть неправомерно оправдывать переменой взглядов и оценок.
