Избранное полностью

Кузьма смотрит на парабеллум, на односельчан, на немцев.

Д и т р и х. Не тяни, сосед, а то…

Кузьма медленно подносит парабеллум к своему виску.

В а л ь т е р. Entwaffnen![44]

Клаус обезоруживает Кузьму и протягивает пистолет Дитриху.

К л а у с. Jeden zweiten erschießen[45].

Б е р т а. Bravo, Klaus![46]

Дитрих берет парабеллум и подходит к своим жертвам.

Сцена затемняется. Слышен первый выстрел, за ним второй, третий, четвертый…

В а л ь т е р. Bravo, Scharführer Dietrich, bravo![47]

После каждого выстрела, как эхо: «браво», «браво», «браво».

Изба Максима и Полины. На стене появился ковер. В а л ь т е р, К л а у с  и  Б е р т а  в напряженном ожидании. Г а н с  и  Д и т р и х  вводят  М и х а с я. Одежда на нем порвана. Голова перевязана. Лицо в синяках и кровоподтеках.

В а л ь т е р. Ну, шарфюрер, что же интересного вы узнали от брата? Может, он сказал вам, куда сбежали ваши отец и мать? Может, поведал, где базируются партизаны? А может быть, ему удалось перевербовать вас?.. Что же вы молчите, шарфюрер?..

Д и т р и х. Молчит подлец или матерится.

В а л ь т е р. На первых порах это бывает. Прошу! (Показывает Михасю на свободное кресло.)

М и х а с ь (садится, ощупывает подлокотник). Из учительской стянули креслица? Нет, точно из учительской… все четыре оттуда. (Смотрит на пианино.) Музыка из клуба. А коврик?.. Владельца к стенке, а коврик на стенку…

Немцы переглядываются между собой.

В а л ь т е р (берет со стола бутылку). Водка?.. Шнапс?..

М и х а с ь. У нас кажуть: питтё — смяттё, беседа дорога.

В а л ь т е р. Курите. (Подает сигареты.)

М и х а с ь. Чужие не курим. И вообще, в гробу я вас видел с угощениями вашими.

Дитрих замахивается на Михася, но Ганс удерживает его.

В а л ь т е р. Клаус, займись им.

К л а у с. Зачем грубишь генералу, собачья свинья?!

М и х а с ь. А вы рассчитывали на нашу вежливость?

К л а у с. Коммунист?

М и х а с ь. Не совсем еще.

К л а у с. Не понял.

М и х а с ь. Комсомолец.

Г а н с. Вот его документы. (Передает Клаусу.)

К л а у с (перебирая документы). Опытные террористы такие улики с собой не носят.

М и х а с ь. Я не рассчитывал встречаться с тобой… за шнапсом.

К л а у с. Почему стрелял в наших солдат?

М и х а с ь. А тебя тоже пуля не минет — война только началась. А таких, как шарфюрер, народ будет вешать на площадях.

В а л ь т е р. Вы откровенны. И не трусливы. Мы любим мужественных людей.

М и х а с ь. Вот спасибо! А то все думалось — кто оценит?

Б е р т а. Он как японский камикадзе. Шел красиво умереть.

М и х а с ь. Почему — умереть? Перестреляю, думал, сколько успею — и в лес. Нельзя нам умирать — вся война впереди.

Б е р т а. А сам попался…

М и х а с ь. Кто же думал, что ваши офицеры нашими бабами прикрываться будут. Не стрелять же по своим.

К л а у с. И все же считай, что ты их пострелял.

М и х а с ь. Не-е! И трибунал разберется, кто, кого и за что пострелял. Из-под земли достанет!

К л а у с. Какой еще трибунал?

М и х а с ь. Военный или партизанский. А может статься, что те самые бабы поймают вас и разорвут на части, как жаб. Без суда и следствия…

Все весело смеются.

В а л ь т е р. Оптимист!

М и х а с ь. Нельзя нам без оптимизму. Без оптимизму погибнем.

К л а у с. Вы и так погибнете. (Кричит.) Все! До единого! Без исключений!

В а л ь т е р. И это говорит вам профессионал.

М и х а с ь. Только войну начал, а такой нервный. (Берет бутылку, наливает рюмку.) Возьми кроплю и охолонь, профессионал. (Неожиданно заносит бутылку над головой Вальтера.)

Б е р т а (в ужасе). Вальтер!!!

Ганс и Дитрих опережают Михася и заламывают ему руки.

В а л ь т е р. Не ищите быстрой смерти. Она у вас будет медленной и жуткой. А если останетесь жить, то будете сотрудничать с нами… в паре с шарфюрером.

М и х а с ь. Не-е, с этим делом у вас ни хрена не выйдет. Знал, на что шел. А жизнь моя уже окупилась. Музыканты удобряют нашу землю.

К л а у с (с ненавистью). Мы удобрим ее миллионами таких, как ты.

М и х а с ь. Не кажи «гоп». Если каждый наш гробанет хоть по одному вашему, фашистское семя и сведется.