Избранное полностью

И г н а т. Заливать не надо. Заливаете вы здорово, дорогой товарищ. Поете как соловей, аж себя не слышите.

Т р о я н (растерянно). Нет, это невозможно…

И г н а т. Не сердитесь. Если по-доброму, то мне вас даже жалко маленько. Вас другие соловьи, вроде Шашеля и моего зятя, трелями убаюкивают, а вы с их свиста высокому начальству заливаете. А о том, что наше водохранилище на пять миллионов кубов оказалось выше той самой природной среды, которую все защищают, и эта гора воды может однажды выскочить из своих берегов и затопить всю округу, вот об этом почему-то все молчат.

Т р о я н. Как это — выскочить?

И г н а т. Как из щербатой миски. Вот Зинаида знает, когда соль выбирают — земля оседает. Под озером и под его дамбами тоже выбрали. Дамба однажды треснет, и начнем плавать. У нас лодки — нам привычно. А некоторых и смыть может. А если водицей еще и «хвосты» подмочит, то…

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Прости, не понял?..

И г н а т. Доложи, Вася, а то другие стесняются.

Б о л о т и н. При аварийной ситуации шламохранилища и солеотвалы будут затоплены. Отравим и засолим не только озера, болота и низины, но все реки до самого синего-синего моря. Опасность еще и в том, что аварийная ситуация может сложиться не только в силу провалов дамб, но, что еще страшнее, и в паводковый период.

Т р о я н. Знаете, уважаемые…

И г н а т. Ясное дело, знаем. И вам бы знать надо, а не лить воду…

Т р о я н. Извините меня, Федор Максимович, но…

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч (перебивает). Не надо извиняться. Вы мне лучше ответьте как глава советской власти промышленного района: почему остановлены два рудника? И почему я об этом узнаю не от вас и не от Хозяинова.

Т р о я н (смотрит на Хозяинова). Как — остановлены?! Я же только что говорил с Шашелем.

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Вы не о том с ним говорили. А вы, Илья Михайлович, оказывается, скрыли ЧП не только от меня, но и от Советской власти?

Х о з я и н о в. А чем бы она мне помогла?

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Вот как?!

Х о з я и н о в (поняв оплошность). Мы думали, справимся сами… Своими, так сказать, силами. Понимаете, Федор Максимович… мы затоварились. Некуда девать готовую продукцию. Дорога-времянка — это было спасение, Федор Максимович, я готов нести ответственность, но…

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Понесете без всяких «но»!

Т р о я н. И хорошо бы вместе с Кривичами.

Х о з я и н о в. Кривич-старший не решился бы сорвать строительство времянки без санкции Кривича-младшего.

И г н а т. Не надо крутить. Не надо! Когда мы сюда ехали, ты же, Илья, был рад, что Кривичи сорвали строительство твоей дурацкой времянки. Ты понял, что все свои фокусы-мокусы теперь можно будет свалить на председателя, а заодно — и его самого. Но не выходит! И как оно может выйти, если столбики мы повыдергивали третьего дня утречком, а рудники вы остановили когда?..

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Защищайтесь, товарищ Хозяинов!

И г н а т. Так нечем же крыть.

Х о з я и н о в. И Кривич-младший, и Кривич-старший ненавидят меня.

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Жаль, что вы ничего не поняли ни третьего дня, ни сегодня.

Х о з я и н о в. Я все понимаю, но мне трудно защищаться.

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Почему?

Х о з я и н о в. Кривичи злоупотребляют вашим именем и вашим добрым к ним отношением. Они готовят мне отставку.

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. А вот это уже запрещенный прием. Если не имеете оснований наступать, так хоть защищайтесь честно!

Х о з я и н о в. Не вижу смысла.

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Как это — не видите?!

Х о з я и н о в. У нас разные весовые категории, Федор Максимович. И если я проигрываю Кривичам, то вам…

И г н а т. Казанская сирота…

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч (Хозяинову). Не прикидывайтесь загнанным в угол! Вы не из трусливого десятка. Я вас давно знаю. И от боя со мной вы уклоняетесь не потому, что у нас разные весовые категории. Я секретарь обкома, вы руководитель крупнейшего в стране производства! И вас сдерживает не дефицит веса. У вас есть вес, но у вас нет позиции и нет ответственности, или не было, или вы ее потеряли на каком-то этапе директорства. Ваша безответственность равноценна вредительству. Вам впору партийный билет положить. Вы скомпрометировали себя перед рабочим классом! А вы, Михаил Кузьмич, скомпрометировали Советскую власть!

Т р о я н. Федор Максимович, что тут могла Советская власть?

Ф е д о р  М а к с и м о в и ч. Советская власть в руках тех, кто имеет пристойную голову, может все! Все без исключения. Избиратели дали своей власти все полномочия и средства! А как вы ими пользуетесь?! Они же ржавеют в ваших холодных руках, эти самые могучие средства Советской власти! Поэтому, и только-поэтому, у вас распоясался удельный князь Хозяинов!

Т р о я н. Будем принимать меры…