И только, прижавшись к плечу плечом,друг друга обмерив глазом,над верным вождем, над Ильичем,мы вспыхнем и вспомним разом:как на море буря, мачтой маша,до слез начинает захлестывать,как – лирика это или душа –бьет в борт человечьего остова.И море, откликнувшееся на зов,плеснет, седо и клокато,взгремит от самых своих низовдо самых крутых накатов.И в клочья разорвана тишина,игравшая в чет и нечет,и в молнии – снова земля зажжена,и буря и рвет и мечет!
1925
<p>Изморозь</p>1927<p>Эстафета</p>Что же мы, что же мы,неужто ж размоложены,неужто ж нашей юностиконец пришел?Неужто ж мы – седыми –сквозь зубы зацедили,неужто ж мы не сможемразогнать прыжок?А нуте-ка, тикайте,на этом перекатепускай не остановитсятакой разбег.Еще ведь нам не сорок,еще зрачок наш зорок,еще мы не заселина печи в избе!А ну-ка, все лавинойна двадцать с половиной,ветрами нашей буринапрямик качнем.На этом перегоненикто нас не догонит.Давай? Давай!Давай начнем!Что же мы, что же мы,неужто ж заморожены,неужто ж нам положенона месте стать?А ну-ка каблукамимахнем за облаками,а ну, опять без совестивовсю свистать!Давайте перемолвимбезмолвье синих молний,давайте снова новоелюбить начнем.Чтоб жизнь опять сначала,как море, закачала.Давай? Давай!Давай начнем!
1927
<p>Русская сказка</p>1Говорила моя забава,моя лада, любовь и слава:«Вся-то жизнь твоя – небылица,вечно с былью людской ты в ссоре,ходишь – ищешь иные лица,ожидаешь другие зори.2Люди чинно живут на свете,расселясь на века, на версты,только ты, схватившись за ветер,головою в бурю уперся,только ты, ни на что не схоже,называешь сукно – рогожей».3Отвечал я моей забаве,моей ладе, любви и славе:«Мне слова твои не по меркеи не впору упрек твой льстивый,еще зори мои не смеркли,еще ими я жив, счастливый.4Мне ль повадку не знать людскую,обведешь меня словом ты ли?..Люди больше меня тоскуют:видишь – ветер винтом схватили,видишь – в воздух уперлись пяткой,на машине качаясь шаткой.5Только тем и живут и дышат –довести до конца уменье:как такие вздумать снаряды,чтоб не падать вниз на каменья,чтобы каждый – вольный и дошлыйнаступал на облак подошвой.6И я знаю такую сказку,что начать, так дух захолонет!Мне ее под вагона тряскурассказали в том эшелоне,что, как пойманный в клетку, рыскалпо отрезанной Уссурийской.7Есть у многих рваные раны,да своя болит на погоду;есть на свете разные страны,да от той, что узнал, – нет ходу.Если все их смешаю в кучу,то и то тебе не наскучу.8
