По-своему я жалел их, рассуждая таким образом: рисуешь, несчастный. Скорей опомнись! Ведь у тебя нет вкуса, к тому же ты самоучка и не знаешь своего ремесла, а таланта тебе отпущены самые крохи, словом, в одно прекрасное утро ты потерпишь крушение, о жалкая жертва высоких страстей! Но так и быть — куплю-ка я твою картину, хоть и не радует она моих глаз, если не я — ее никто и не подумает приобрести! На выставке твоей пусто, а лавровые кусты в кадках и отзвуки одиноких шагов случайно забредшего сюда посетителя создают впечатление покойницкой: так и чудится, будто где-то за ширмой лежит мертвец! Или: пишешь книги, неразумный, бестолковый, хотя понятия не имеешь ни о чем! Вот уже явственно проступают первые признаки старческой усталости, а ты все лезешь из кожи вон, разыгрывая роль местной величины и пропагандируя пустые идеи, не веришь самому себе, сея смуту и самообольщаясь, обманываешь других! К чему все это? Твои книги не пользуются успехом, а если какой-нибудь чудак и вздумает полистать твой фантастический артишок, — неизбежно поплатится головной болью. А ты сам! Опять у тебя мигрень — верно, снова напечатали рецензию на твою книгу; так к чему все эти муки?
