В том же девятнадцатом году бывший московский рабочий, учитель во труду Ярополецкой школы Петр Кириллин с помощью партии и московского пролетариата построил на реке Ламе, в Волоколамском уезде, сельскую электростанцию. В. И. Ленин приехал в гости к волоколамцам, с волнением говорил крестьянам о их почине, тоже
В эти годы инженер Классон создает новый способ добычи торфа — гидроторф. И Ленин всемерно помогает ему.
В очерках убедительно показано, что для Ленина эти люди были равноправными и равнозначными инициаторами «Великого почина», ибо каждый из них на своем участке жизни всемерно боролся за преображение России. И крохотная сельская электростанция на Ламе была равновеликой Волховской ГЭС. Писатель изобразил много иных событий, по первому впечатлению не столь значительных, но внутренне содержательных, ибо они освещены сиянием мысли Ленина.
Заключают цикл заметки «Читая Ленина». Это художественные комментарии к письмам, запискам, статьям Владимира Ильича, это и летопись жизни вождя, и лирический отчет автора о посещении Разлива, и впечатления от встреч с людьми, которые не только разговаривали с Лениным, что само по себе счастье, но которые беззаветно боролись за выполнение ленинских указаний. Все дальше и дальше от нас уходят те революционные годы, все меньше и меньше остается с нами соратников, друзей, помощников Ильича, и потому столь драгоценными являются в книге Галина их свидетельства.
Надо отметить умение писателя так широко, всесторонне познавать былое и без принуждения «втягивать» в этот процесс познания своих читателей.
Конечно, мы не найдем в очерках всеобъемлющего образа Ленина, но писатель и не тешил себя такой горделивой надеждой. Однако читатели узнают из цикла много нового о Ленине, по-новому, вслед за автором, воспримут известные факты, глубже поймут мысли Владимира Ильича, найдут то, что разбросано в мемуарах, а здесь откристаллизовано силой художественного слова писателя.
Сборник избранных произведений Б. А. Галина не академическое издание, к которому обычно читатели обращаются по деловой необходимости. Нет, эта книга неразрывно связана с нашими днями, с запросами, с интересами читателей-современников; даже давние очерки находятся
Сборник никак не творческий самоотчет писателя, хотя он и на это имеет неоспоримое право, в книге нет ничего самодовлеющего, замкнутого, это действительно художественно конкретные, типические картины нашей жизни за полвека: это советская старина и это наша современность; это исторический путь народа от «нулевого цикла» преддверья первой пятилетки к космическим высотам.
Борис Галин плодотворно продолжает традиции русского художественного очерка, но при этом он внес много новаторского, своего, «галинского» в этот подвижный, чуждый догмам, чуткий к велению времени жанр. И это еще больше усиливает принципиальное значение его избранных произведений.
4.2.81
В марте шестьдесят второго по заданию «Правды» я выехал в Волгоград, на Тракторный. Поезд шел старыми, давно знакомыми мне местами — Коломна, Борисоглебск, Поворино, Арчеда… И по мере того как поезд-экспресс, вздрагивая на стыках рельсов, проносился по русской равнине, оставляя за собою леса, поля, города, деревни, в памяти моей разворачивались картины былого, я словно совершил путешествие в страну нашей юности — в эпоху первой пятилетки, в начальную пору индустриализации СССР.
Начиная с двадцать девятого года стрелка интересов собкоров «Правды» была направлена на Мечетку — вблизи высыхающей летом степной речушки и широкой Волги строился гигантский завод массово-поточного производства. Первенец пятилетки. Тракторный завод имени Ф. Э. Дзержинского. Помню одну из своих корреспонденции того времени, она начиналась так: «Там, где раньше гулял степной ветер, где земля лежала огромным сплошным массивом, большевики вогнали первые колья — сигналы великой стройки…» Не я один так писал. Кажется, все газетчики того времени любили этот запев: «Там, где раньше…» Да и то сказать — страна только-только начинала строить. В поволжской степи и у горы Магнитной на Урале, в Нижнем Новгороде и в тихом городке Кузнецке в Сибири. Все дышало жаром новизны, поражало размахом и строителей, и корреспондентов, и писателей.
