Избранное полностью

Голицын

Михайлу Долгорукого — в Сенат.

Меншиков

Здесь спору нет… И есть еще одно.

В Российском государстве так бывало:

Чтоб к новой власти должный был решпект

И чтоб порок к тому же был наказан,

Толпе кидали с царского крыльца

Боярина. А?

Голицын

Было, было, князь.

И мне на ум такое приходило.

Меншиков

Кого, однако?

Голицын

Гм!

Меншиков

Кого? Кого?

Голицын

Сам ведаешь.

Меншиков

Так говори.

Голицын

Нет, ты!

Меншиков

Петра Толстого. Ну?

Голицын

Лишить чинов.

Меншиков

И в Соловки. Не мало ли?

Голицын

Довольно.

Голицын проходит в залу.

Меншиков

Ну, слава богу.

Входит Петр в сопровождении Остермана.

Петр

Батюшка, дозволь

Мне отдохнуть. Стоять устали ноги.

Меншиков

Присядь, присядь. Ведь скоро выходить.

(Отходит в сторону с Остерманом.)

А на тебя, барон, надежда вся.

Ты государю можешь преподать

Науку жизни — высшую науку.

Остерман

Спасибо, ваша княжеская светлость.

Однако для начала полагаю:

С учением не слишком налегать.

Чтобы не вдруг…

Меншиков

Еще тебе задача:

Царицу-бабку, старицу Елену,

Взять из монастыря и проводить

В Москву. С почетом. К внуку не пускать,

Но подавать надежду.

Остерман

Полагаю,

Что завершилось время строгих мер.

Резонно ожидают облегченья

И мужики, и шляхта, и купцы.

Порядок нужен на манер Европы.

Пора и пыточное заведенье —

Приказ Преображенский — обуздать.

Меншиков

Европа нам пример, но не указ.

На слабину народец наш решит,

Что слабы мы. Петрово государство —

Махина недостроенная. Нам

Достраивать ее. Сей тяжкий воз

Не вытянешь на горку без кнута.

А там и благодушествовать будем…

Остерман

Народ устал от бурных перемен.

Меншиков

Пусть погодят…

Отходят, беседуя. Две дамы. Кланяются Петру придворным

поклоном. Он кивает им головой.

1-я дама

Как знает политес!

2-я дама

Осанка какова!

1-я дама

А взгляд!

2-я дама

И взгляд!

1-я дама

А вот княжна Мария рядом с ним…

2-я дама

Премизерна!

1-я дама

Бледна.

2-я дама

Но не бела.

1-я дама

Доска доской.

2-я дама

Глаза без доброты.

1-я дама

И стати нет.

2-я дама

И ноги колесом…

1-я дама

Вот и она!

Входит Мария. Дамы кланяются ей и проходят.

Петр

Поди сюда, Мария!

Я пить хочу.

Мария

Сейчас подам питье,

Ваше величество.

Петр

Я в церкви притомился.

Так много лиц. Глазеют на меня,

Как будто я персона восковая.

Меншиков

Чуть, государь, заслышишь звуки труб,

Тогда входи.

(Проходит в залу с Остерманом.)

Мария

Ты, Петя, не робей!

Петр

Я не робею. Я ведь нонче царь.

А мы, цари, должны не ведать страха,

Я, знаешь ли, что им хочу сказать?

Реченье древнего Веспасиана,

Что никого из подданных моих

Не отпущу с лицом печальным. Как?

Мария

По-моему — изрядно.

Петр

А теперь

Ступай. Я отдохнуть хочу один.

Мария уходит.

Тишина. Потом звучат гвардейские трубы. Распахиваются парадные двери. Медленной, горделивой поступью Петр направляется в залу.

СЦЕНА III

Во дворце Меншикова на Васильевском острове. Сапега и Иван Долгоруков.

Сапега

А тестамент подложный…

Долгоруков

Наплевать!

Все знают — император неподложный,

А я при нем законный камергер…

Сапега

А Меншиков при нем подложный регент,

А дочь его подложная невеста…

Долгоруков

Заело?

Сапега

Олух! Разве ты поймешь!

Люблю Марию! Кохам! Кохам! Кохам!

Долгоруков

Ишь, раскудахтался!

Сапега

В наш подлый век

Любовь повергнута. Ее обрили,

Как бороду, чтоб только гладко было

И голо!.. Все горят сухим огнем,

Все одержимы лишь корыстной жаждой…

Вот хоть бы ты! Скажи, чего ты жаждешь?

Долгоруков

Чтоб скучно не было.

Сапега

А я — чего?

Я — ничего!.. Пылает рабский дух,

Как стог соломенный… И жар, и пыл,

А после — горстка пепла. Я, как все,

Хочу быть мелкой ходовой монетой,

Чтоб только потереться по карманам.

Долгоруков

Ишь, прыть в тебе какая от любви!

Сапега

Какая там любовь!.. Мою любовь

Прислали в государыниной спальне.

Когда бы я еще умел любить,

Я б к ней пришел и я бы ей сказал:

«Уйдем! Бежим! Пускай настигнут нас,

Пускай пытают, пусть в Сибирь загонят,

Пусть в дальние сошлют монастыри,

Пусть постригут… А мы с тобой — расстриги,

И душу нам не могут обкорнать!..»

Долгоруков

Куда ушел бы с нею? Нет, куда?

Сапега

Ты прав, Ивашка! Прав! Да и она

За мной бы не пошла… Век нынче трезвый…

Тайком в постель — любая побежит.

А чтоб — любовь, Сибирь… не сыщешь дуры.

Долгоруков

Никак тебя, Сапега, не поймешь!

То человек как человек, а то

Какая-то пчела тебя ужалит…

Пойду-ка я, ведь служба у меня.

(Уходит.)

Сапега

Охота было перед дураком