С ы н (строго). Папа! Это принципиально. Как ты радуешься дедушке, так я буду радоваться тебе! Иисус, сын Сирахов, сказал: «Почитающий отца будет иметь радость от детей своих и в день молитвы услышан будет». Перед тем как отказаться, подумай, папа! Мой дедушка может тебе помочь, но он может и навредить тебе. Ведь он друг твоего генерального директора. Па-па!
Дочь, танцуя рядом с Мамой, пристально и настороженно наблюдает за психологическим поединком между Отцом и Сыном. Эту настороженность заметил Отец. Улыбнувшись, он вяло начинает танец.
Д о ч ь (зааплодировала). Браво-о! Малыш! Ты гений! Цезарь!
Малыш прыгает с лесенки, усиливает громкость проигрывателя. Мощно играет оркестр. В танец включается и Сын. Он с сестрой танцует по-своему, по-современному, «по-модерному». Ну и танец! Ай да танец! Малыш напевает что-то вроде: «А дедушка не хворает, бабушка не помирает. А дедушка с бабушкой! А бабушка с дедушкой!» Все танцуют уже с полной душевной отдачей. Дочь подмигнула братику, показывая на Папу с Мамой, которые вытанцовывают друг перед дружкой.
С ы н (сестренке). Все это быстротечно!
Д о ч ь (искренне радуясь). Ка-ак хо-оро-ошо-о!
И вдруг малыш тигром бросается на сестру. С диким воплем. С гиком! Покатились по полу. Летят ошметки, какие-то клочья. Папа и Мама останавливаются. Они шокированы. Они ничего не понимают. Бросаются разнимать детей. Растаскивают за ноги в разные углы: Папа — Сына, а Мама — Дочь.
М а м а. Что такое? Что такое? Вы с ума сошли!
П а п а. В чем дело, сын? Что случилось?
Д о ч ь. Это он! Это он!
С ы н. Я? Это все ты! Это она!
Дети опять порываются один к другому, но Папа и Мама стараются оттянуть их в противоположные углы.
Д о ч ь. Что я тебе сделала? Что? Что?
М а м а. Что она тебе сделала?
П а п а. Что она сделала тебе?
С ы н. Именно — что она мне сделала? Ничего! А еще хвастает! А должна же она мне что-либо сделать? Как брату. (Порывается к сестре.) Должна или нет?
Папа и Мама сдерживают детей.
Д о ч ь. Я ничего тебе не должна! Ничего! Ничего!
М а м а. Дочурка, он не виноват! Это все он. (Показывает на Папу.) Он! Его воспитание! Его наука! Это же разбой! Хулиганство.
П а п а (оставляет Сына, поворачивается к Маме). Это уже черт знает что! Она меня винит. В чем? (Сквозь зубы, со злостью.) В чем я виноват?
М а м а. А кто виноват, что он растет бандитом? Ты его учил!
П а п а. Чему я его учил? Разве я вот сейчас чему-нибудь учил? Это он меня учил… учил танцевать с тобой.
М а м а. Вот-вот. Ты и пляшешь под его дудку. Он еще научит тебя задушить кого-нибудь.
П а п а. Я сделаю это сейчас без его науки!
Папа и Мама идут на сближение, на таран. Но бдительные дети не допускают этого. Они с ревом растаскивают родителей в противоположные углы так, как только что те растаскивали детей.
Д о ч ь. Па-а-а-па-а!
С ы н. Ма-а-ма-а!
Д о ч ь. Ма-а-а-ма-а!
С ы н. Па-а-па-а!
Д о ч ь (громче невозможно). Ма-а-ма-а!
П а п а (орет). Ти-ихо-о!!
И наступила мертвая тишина. Тяжело дышат.
С ы н. Ну что? Утихомирились? Вы уже забыли о дедушкиной телеграмме? Или вам это уже неинтересно?
М а м а. Ну что там? Читай.
С ы н (читает телеграмму). «Встречайте сегодня семь тридцать вечера». (Посмотрел на часы.) Проворонили.
Каждый смотрит на свои часы.
Д о ч ь. А дедушка вот уже вышел из самолета, оглядывается вокруг, ищет кого-нибудь из нас… А нас нет никого…
С ы н. А от нас требуют уважения к родителям…
М а м а. Чего же мы стоим? Надо что-то делать.
С ы н. Встречать надо, мама.
