МаркоВсе решено… Сомнений нет… Я низок!Судьба меня хотела испытать,И что я сделал?! В первый раз сегодняЯ не узнал себя… Какая тайнаСегодня мне была сообщена!..Смотреть, как друг в сетях измены гибнет —И отвернуться!.. Видеть, что убийца,Из-за угла подкравшись, свой кинжалНад жертвою беспечною заносит,И закричать не сметь: остерегись!..А мог бы я… Но поздно. Я не смеюСпасать его… О, праведное небо,Тебя зову в свидетели позораИ низости предательства!.. Но мноюПодписан приговор… И кровь его на мне…И я виновен… Боже, что я сделал?Но что меня смутило? Смерть? Но жизньПорой спасти нельзя без преступленья.Я позабыл об этом. Я забыл,Что жизнь свою я обещал когда-тоОтдать ему. Чего же я боялся?За что дрожал? За друга?.. За себя?..За эту голову, покрытую позором?Я за нее боялся?.. Но отказом,Конечно, я спасти его не мог,И, может быть, я только бы ускорилЕго погибель… Господи, ты знаешь,Ты видишь все, открой мне это сердце,Дай посмотреть мне в бездну ту, кудаЯ так упал… Скажи, чего в ней больше —Безумия, позора иль несчастья?О, Карманьола, прочитаешь ты…Увидишь ты, конечно… Те лисицы —Ты подозрительно их будешь слушать, ноКогда узнаешь, что зовет и МаркоТебя в Венецию, — отбросишь далекоТы прочь сомненья… Ты сюда приедешь…Ну а потом раскаешься, зачемПоверил ты… Я погублю тебя,Вини меня… Но что же этот низкийО снисходительности говорил мне?.. РечиБесстыдные! Поймать в свои силкиИ в них творить свой беззаконный суд,Решив заранее, что этот суд осудит,Что б ни было, несчастного — и наглоО снисходительности говорить. НевиннымНет нужды в милости. И я хотел поверитьТаким речам! Конечно, он заметил,Что низкий страх, который он вливалВ мое больное сердце, был не в силахМое согласье вырвать. Он заметил,Что нужно дать мне выход благовидный.И свой обман он бросил, как подачку,В мое лицо — и я его схватилИ им прикрыл позор свой… Как я низок!..Предатели! Как ловко и искусноРазделены их роли. Там кинжал,Насмешка здесь, угрозы… ОставалосьОдно звено свободным. Надо маску,Чтоб скрыть лицо измены. Эту рольМне предложили, и она — за мной…Мне презирать их? Я гораздо хуже,Чем все они. Они ему враги,А я… Зачем я захотел быть другомТакому человеку? Я искал,Я домогался этой дружбы. СлаваНад именем сияла знаменитым.Могучий дух навстречу шел судьбе.Его судьба мне взоры ослепила.Я не успел подумать, что поройТяжелым будет бремя честной дружбыС тем, кто стоит над всеми. Для чегоЯ не ушел с блистательной дороги,Где шел герой, когда мои шагиДогнать его не могут?.. Он заметилМеня в толпе и руку протянул…И вот теперь, когда он так беспечно,Так беззаботно задремал и сетиПоставили ему его враги,Я опустил испуганные руки?!Проснется он, начнет меня искатьИ не найдет… предателя и труса,В последний раз с презреньем молчаливымМеня он вспомнит — и умрет. Мне душно,Мне тяжело с такою мыслью жить!Что сделал я!.. Но что же, что я сделал?Пока я лист бумаги подписал.Я клятву дал. Она была ошибкой.Я отрекусь, нарушу клятву. ПустьЯ на краю пред бездной, но я вижу,Я вижу эту бездну и могуИ сам уйти с опасного обрыва,И друга прочь от бездны отвести.Но если этим я его убью?А может быть, он говорил неправду?Хотел меня он только напугать?А если правду? Тайное убийствоНе остановит их. Язык лукавый!Какие сети мне они сплели!Нет выхода! Кругом стоит бесчестьеИ больше нет мне честного пути!Сомнение безжалостное!.. Нет,Я благодарен им. Мне выбирать не надо.Они решили за меня судьбу,Передо мной закрыли все дороги,Одну оставили, и на нее ониМеня толкают. Вот моя дорога.Сомненье выбора на ней не ждет меня.Все не мое, что мне теперь осталось.Прощай навек, родная сторона!Моя могила далеко отсюда.Я смерти жду, и небо принесетМне вместе с ней последнюю отраду.В опасностях я смерть скорей найду,Чем долетят отсюда злые вести.Не за тебя я буду умирать!Что мне за дело, если в новой славеТвое величие под небом расцветет?Мне жизнь дала две радости — дух чести,Сознанье доблести и друга. Ты убилаИх обе разом. Родина, прощай!(Уходит.)
