КрестьянинМолчи!Другие крестьянеЗамолкни! Перестань! Молчи!Кэтлин(приподнимаясь на руке)Сложите все мешки с деньгами в кучу.Когда я отойду, возьми их, Уна,И раздели, чтоб каждому досталось,Сколь надобно.КрестьянкаА хватит ли детишкам,Чтоб голод пережить?Другая крестьянкаО Матерь БожьяИ ангелы — заступники святые!Пусть все погибнут, но ее спаси!КэтлинСклоните лица, Уна и Айлиль;Гляжу на них, как ласточка глядит,Прощаясь, на свое гнездо под кровлейПред тем, как улететь. Не плачьте слишком:Есть много свеч пред алтарем небесным,Одна погасла — не велик урон.Айлиль, ты пел мне о лесных плясуньях,Не знающих земных забот, живущихЛишь радостью дыханья и движенья!Ты, Уна, на руках меня носилаИ развлекала глупое дитя —Блаженное, почти как те плясуньи.Прощайте же! Меня уносит буря.(Умирает.)УнаЕсть в доме зеркало?Одна из женщин находит в глубине дома и подает ей зеркальце. Уна подносит его к губам Кэтлин. На мгновение все замирают. Затем раздается отчаянный возглас Уны, почти вопль.Она не дышит!КрестьянинОсыпался на землю цвет весенний.Другой крестьянинОна была прекрасней звезд ночных.Старая крестьянкаЛюбимый розан мой погублен ветром.Айлиль берет зеркальце из рук Уны и швыряет его оземь, разбивая вдребезги.АйлильРазбейся, зеркало! Тебе отнынеНе отразить подобной красоты;И ты умри, мятущееся сердце! —Без той, чей скорбный дух тебя живил,Ты просто ком бесчувственного праха.О твердь в короне гор и океанВ пернатом шлеме, больше вам не слышатьЕе шагов пленительных! Вокруг —Лишь гром сраженья ангельского войскаС полками бесов.Он поднимается на ноги. Все остальные стоят на коленях; но на сцене так темно, что видны только их смутные силуэты.Проклинаю вас,Рок, Время и Судьба! Пускай я плачу,Но крепко уповаю: час придетИ вас низвергнет в пустоту и бездну!Вспыхивает молния, и следом за ней раскаты грома.КрестьянкаПоставьте на колени дурака —Он навлечёт на нас огонь небесный!АйлильСхлестнулись в небе ангелы и бесы,Гремят, стучат мечи по медным шлемам.Молния и гром.Вот пущенное из пращи копьеПронзило глаз Балора, и бегутВопя от страха, темные полки.Как встарь бежали в битве при Мойтуре.Все погружается в темноту.СтарикГосподень гнев на нас превысил меру.Он уничтожил все, что сотворил.В темноте забрезжил свет. В этом призрачном свете видно крестьян, стоящих как бы на каменистом склоне горы, и облака зыбкого, изменчивого света, проносящегося над ними и позади. Наполовину на свету, наполовину в тени стоят вооруженные ангелы. Их доспехи стары и посечены, обнаженные мечи потускнели и иззубрены. Они застыли в воздухе в боевом порядке, глядя вниз сурово и воинственно. Крестьяне в страхе простираются на земле.
