Как я уже отмечал, имеется один момент, в котором разрыв между мифом и нынешней реальностью, каким бы он ни был глубоким, преодолевается в представлениях туземцев. Те чрезвычайные силы, которыми обладают люди в мифах, возникают прежде всего потому, что они знают магию. Это знание во многих случаях утрачено, и поэтому способность совершать эти чудесные вещи или совсем исчезла, или значительно ограничена. Если бы удалось вновь вернуть магию, то люди снова смогли бы летать в своих лодках, становиться опять молодыми, бросать вызов людоедам и совершать те многочисленные геройские деяния, которые они совершали в давние времена. Таким образом, и магия и та сила, которую она в себе несет, представляют собой реальную связь между мифологической традицией и сегодняшним днем. Миф выкристаллизовался в магические формулы, а магия, в свою очередь, свидетельствует о подлинности мифа. Часто главная функция мифа состоит в том, чтобы служить основанием системы магии, а поскольку магия образует костяк для института, то в его основании тоже можно найти миф. Вероятно, в этом и заключается величайшее социальное значение мифа, то есть его воздействие на институты через связанную с ними магию. Социологическая точка зрения и представления аборигенов здесь удивительным образом совпадают. Эти совпадения мы проиллюстрируем в этой книге одним конкретным случаем, каким является связь между мифологией, магией и социальным установлением
Поэтому мы можем определить миф как рассказ о тех событиях, которые в этом смысле являются для аборигена сверхъестественными, потому что он отлично сознает, что сегодня они уже не происходят. В то же время он глубоко верит, что когда-то они происходили. Социально санкционированные рассказы об этих событиях; следы, которые они оставили на поверхности земли; магия, в которой они оставили часть их сверхъестественной силы, и социальные институты, которые связаны с осуществлением этой магии – многими социальными институтами, – все это свидетельствует о том, что миф для аборигена является живой актуальностью, хотя он и происходил давным-давно и при том состоянии вещей, когда люди были наделены сверхъестественной силой.
Я уже говорил выше, что аборигены не обладают никакой исторической перспективой, что они не классифицируют события – конечно, за исключением тех, которые происходили в самые последние десятилетия, – не располагают их в виде последовательных стадий. Также они не делят мифы ни на какие группы в зависимости от их давности. Однако рассматривая их мифы, мы сразу же заметим, что в них представлены такие события, одни из которых должны были произойти раньше других. Ведь есть целая группа повествований, в которых описывается происхождение человечества, возникновение различных социальных подразделений из-под земли. Другая группа мифических преданий повествует о том, как были введены некоторые важные институты и как сформировались некоторые обычаи. Далее, есть мифы о не слишком заметных изменениях в культуре, о введении в жизнь новых деталей и менее важных обычаев. Вообще говоря, мифический фольклор тробрианцев можно разделить на три группы, соответствующие трем различным слоям событий. Чтобы дать общее представление о тробрианской мифологии, было бы хорошо дать краткую характеристику каждой из этих групп.
1)
2)
