Существует одно важное исключение в соответствующих передвижениях ожерелий и браслетов. Как мы знаем из предыдущей главы, в Синакета изготовляется определенный тип бус из раковин спондилуса, – причем сами раковины гораздо больше и грубее, чем те, которые используются в кула. Эти бусы, называемые на киривинском языке катудабабиле, а на языке добу – сама’упа, иногда экспортируются из Синакета на Добу в качестве подарков кула и потому выполняют функцию браслетов. Однако эти катудабабиле, двигаясь в неправильном направлении, никогда не совершают полный круг кула, поскольку они никогда не возвращаются с востока на Тробрианы. Часть из них оседает в районах вне сферы кула, а часть опять возвращается на Синакета, присоединяясь к другим обращающимся по кругу ожерельям.
Другой вид предметов, часто играющих в обмене кула вспомогательную роль, – это большие тщательно отполированные лезвия топоров, называемые на киривинском языке беку. Их никогда не используют ни для каких практических целей; они играют роль только символов богатства и парадных предметов. В кула их дарят в качестве карибуту (просительных подарков), и в этой роли они обращаются в обоих направлениях. Сырье для них добывается на острове Вудларк, а полируются они в Киривина, однако они гораздо чаще перемещаются в направлении от Тробрианов на Добу, нежели в обратном направлении.
Подводя итоги, можно сказать, что подлинными предметами обмена кула являются, с одной стороны, браслеты (мвали) и загнутые клыки (дога), и, с другой стороны, изящные длинные ожерелья (соулава или баги), среди которых можно выделить много подклассов. Показателем особого положения этих трех предметов является то, что только они упоминаются в заклинаниях (или, по крайней мере, они являются несравненно важнее всех упоминаемых в них предметов). Позже я перечислю все подклассы и разновидности этих предметов.
Хотя, как мы видели, сделкам кула сопутствует и пышная церемониальность, и разработанный этикет (и даже, можно сказать, торговая честь), однако в них остается немало места также и для споров и трений. Если кто-то добудет очень красивую драгоценность, которую он не обязан сразу же предлагать в качестве йотиле (ответного дара), то сразу же найдется некоторая группа его партнеров, которые будут соперничать за обладание ею. Но поскольку успеха может достичь только один, все остальные будут расстроены, более или менее оскорблены и полны злобы. Ещё большую враждебность создает вопрос эквивалентности. Поскольку обмениваемые ценности не могут быть ни измерены, ни даже сопоставлены посредством точного стандарта; поскольку не существует ни определенного соответствия, ни показателей соотносимости между разными видами ценностей, то поэтому нелегко удовлетворить человека, который подарил очень ценное ваигу’а. Получая ответный дар (йотиле), который он не считает равноценным, человек не может по этому поводу ни устроить сцену, ни даже открыто выразить свое неудовольствие во время акта обмена. Однако он почувствует себя глубоко обиженным, что будет выражено в частых обвинениях и оскорблениях. И хотя это не будет высказываться в лицо партнеру, но рано или поздно это дойдет до его ушей. В конце концов можно обратиться к универсальному методу установления различий – к черной магии, и колдуну заплатят за то, чтобы он наслал на оскорбителя зло.
Говоря о каком-то знаменитом ваигу’а, абориген, превознося ее ценность, скажет: «Много людей умерло из-за нее» – что означает не то, что они погибли во время битвы или стычки, но что были погублены черной магией. Существует система знаков, по которым, осматривая тело на следующий день после смерти, можно распознать, из-за чего на умершего насылали чары. Среди этих знаков есть и такие, которые показывают, что человека устранили из-за его успеха в кула или потому, что в связи с этим он кого-то обидел. Надо помнить, что в основе всех сделок лежит сочетание педантичности и этикета, с одной стороны, с жестокой обидой и жадностью – с другой, и что именно это является тем чувством, которое управляет интересами туземцев. Обязанность быть справедливым и вежливым основана на том общем правиле, что быть скупым в высшей степени недостойно и бесчестно. Поэтому, хотя человек будет, как правило, стремиться преуменьшить ценность полученной вещи, однако не следует забывать, что даритель искренне стремился сделать все от него зависящее. Кроме того, в некоторых случаях, когда человек получает по-настоящему красивый предмет, он будет хвастаться им и будет искренне удовлетворен. Такого рода успех будет, несомненно, приписан не щедрости партнера, но своей собственной магии.
