Избранное. Аргонавты западной части Тихого океана полностью

Цель этой главы в том, чтобы показать – путем лингвистического анализа двух магических текстов и путем общего обзора большего количества подобных текстов, – какого рода слова, по мнению туземцев, оказывают магическую силу. Это, конечно, не означает, что мы ошибочно думаем, будто туземные составители и изобретатели магии обладают теорией действенности слов, и реализовали ее практически путем изобретения формул. Однако в качестве преобладающих в обществе моральных идей и правил, хотя и не кодифицированных, магическая теория может быть установлена путем анализа общественного поведения; изучая обряды и манеры, мы определяем лежащие в основании принципы закона и приличий; как, изучая обряды, мы видим некоторые определенные принципы верований и догматов, так, анализируя непосредственное словесное выражение определенных способов мышления в магических формулах, мы можем справедливо предположить, что эти способы мышления должны так или иначе руководить теми, кто их создал. Та точность, с которой мы должны представлять отношение между типичным способом мышления в обществе, с одной стороны, и устойчивыми, выкристаллизовавшимися результатами этого мышления – с другой, представляет собой проблему социальной психологии. Для этой отрасли науки мы, этнографы, обязаны собирать материал, однако не должны посягать на ее область исследования.

Однако следует еще раз подчеркнуть, что, как бы мы ни представляли себе возникновение заклинаний, их нельзя считать созданием одного человека, поскольку, как было сказано раньше, если мы рассмотрим какое-либо из них – но не глазами аборигенов, а в качестве посторонних исследователей, то мы обнаружим, что каждое заклинание выказывает несомненные признаки того, что оно является собранием лингвистических дополнений разных эпох. Практически в каждом из них имеется немало архаичного, но ни одно из них не несет в себе следов того, что оно дошло до нас в той же форме, в которой оно существовало несколько поколений назад. Таким образом, можно сказать, что заклинание постоянно принимает новые формы, переходя по цепочке от одного мага другому, каждый из которых оставлял на нем свою печать, какой бы маленькой она ни была. В основе всех закономерностей, всех обнаруживаемых в заклинаниях типичных черт лежит общее отношение к вопросам магической веры, общее для всех следующих друг за другом обладателей.

Я приведу формулу магии лодки и одно из заклинаний системы мвасила, выбрав два таких текста, у которых есть перевод и комментарий среднего качества и которые ясно обнаруживают несколько характерных черт вербальной магии. Читатели, которым не интересны лингвистические нюансы и детали метода, могут опустить следующий раздел и вернуться к основной теме нашего исследования в разделе XII.

Следующий текст – это заклинание вайуго, которое я записал со слов Лайсета, начальника Копила, одного из хуторов на Синакета. Комментарий к этому заклинанию тоже принадлежит ему и другому информатору – Мотаго’и, человеку исключительного ума, откровенному и надежному информатору. Это заклинание в вольном переводе было дано выше, в главе VI, и, как было сказано там же, обряд состоит просто из распевания слов над пятью мотками бечевки вайуго, положенными между двумя циновками на деревянном подносе.

Здесь еще раз повторяется у ’ула, после чего заклинание завершается заключительной частью (догина).