– Как и у вас, у нас был свой Избранный, – произнесла Аелия. – Он был доблестным и талантливым магом. Он был молод, возможно, слишком молод.
–
– Он мертв, – голос Аелии дрогнул. – Он потерпел поражение.
«Стоило этого ожидать, – подумала Слоан. – Если существовала реальность, в которой они победили, то, конечно, существовали и такие реальности, где они проиграли. Где они умерли. Там, где их никогда и не было».
– Но он же
– Мы уверены, – коротко ответила Аелия. – У нас было пророчество. Оно было особенным. Но мы использовали магическую подпись и вызвали вас сюда.
– Магическую подпись? – спросил Мэтт.
И одновременно с ним спросила Эстер:
– Зачем вы позвали сюда
Мэтт замолчал. Слоан подумала о том, что он хотел получить ответ именно на тот вопрос, который задала Эстер.
– Разве не очевидно? – с горечью сказала Слоан, и голос ее задрожал. – Она хочет, чтобы мы взяли на себя решение проблем с ее Темным.
– Он не
– А, ну да, если все так
– Ага, а то я было подумала, что
– Уверяю вас, все так и есть! – Аелия практически перешла на крик.
– Мне кажется, у нее проблемы с сарказмом, – бросила Эстер Слоан.
– Тогда мы ей точно понравимся, – ответила Слоан.
– Вы должны понять, – сказал Мэтт, повышая голос, чтобы перекричать девчонок. – Мы уже проходили через это, и нам совсем не хочется повторять весь этот кошмар, не говоря уже о том, что мы не имеем никакого отношения к этому месту.
– Боюсь, не все так просто, – Нерон разговаривал с ними на расстоянии нескольких метров. Он выставил впереди сплетенные между собой руки, одну из них обвивала металлическая перчатка. – Судьбы наших миров связаны намного больше, чем мы того хотели бы.
– Угу, – ответил Мэтт. – Что ты имеешь в виду?
– Наши миры взаимосвязаны, – сказал Нерон. – И мы видим эту связь. Использование магии пошатнуло стабильность наших миров. Воскреситель использует эту неустойчивость, чтобы окончательно разрушить всех нас.
Слоан прищурилась:
– И каким же это образом?
– Мы не знаем. Мы вообще ничего не знаем наверняка. Все, что мы знаем, так это то, – сказала Аелия, указывая на обломки, – что этого делать он точно не имел права. И никто не должен был так поступать с нами, а потом появился он.
Слоан подумала о том, как впервые прикоснулась к Игле, которая превратила Слоан в ненасытное чрево, в черную дыру желания. Как она вобрала в себя все… абсолютно все, беспорядочно и неистово, превращая воду в пену, а кости в песчинки. Как она вырвалась наружу сквозь поверхность океана, пропитанная кровью, ревущая от данной ей силы.
– Нет, – сказала она. – Нет, этого не может быть. Этого просто не может быть.
– Слоан, – мягко произнес Мэтт.
– Мы
– В нашем мире, – сказал Мэтт. – Но получается, что не во всех мирах.
– Но это был мой мир! Я сделала свое дело, я победила своего Темного. Я сделала свою работу! – она плакала, она
Мэтт положил руку ей на правое плечо, потом вторую руку на левое, так что они смотрели друг другу в глаза. Ей нужны были лекарства. Ей хотелось к маме, которая бы не облажалась. Ей хотелось домой.
– Я не могу, – повторила она, на этот раз только ему.
– Я знаю, – сказал, кивнув, Мэтт. – Я тоже не могу, Слоан. Но, похоже, нам придется это сделать.
Слоан посмотрела через его плечо на Аелию. Молча задавая главный вопрос.
– Для перемещения между вселенными требуются огромные силы и большой подвиг, – сказала Аелия. – Мы сможем проделать это еще раз только для того, чтобы вернуть вас домой. Но мы сможем помочь вам вернуться только после того, как вы поможете нам.
– Получается, что вы все-таки нас похитили, – заметила Эстер. – И теперь, пока мы вам не поможем, будете держать нас в плену.
Аелия смотрела вниз, ничего не отвечая.
– Просто хотела убедиться, что я все правильно поняла, – в дрожащем голосе Эстер звучала горечь.
Слоан посмотрела через плечо Мэтта на темную полосу, лежащую перед ней, окруженную с обеих сторон освещенными нетронутыми зданиями. Целый городской квартал лежал в руинах. Слоан знала: Аелия привела их сюда, чтобы добиться сочувствия. Показать им настоящее разрушение, с которым столкнулись люди в их реальности. Это место словно говорило: