«Сегодня тебе предстоит сделать очень важный выбор», – зазвучал в голове голос Темного.
Во рту Слоан почувствовала привкус желчи.
– Вам нужно отдохнуть, и нужно время, чтобы обдумать все это, – произнесла Аелия. – Мы приготовили для вас комнаты, где вы можете остановиться на время своего пребывания в нашем мире. Мы можем поговорить обо всем завтра, после того как вы отдохнете.
Эстер потянулась к Слоан, взяла ее за руку и нежно сжала. Она была такой теплой, спокойной и знакомой. Они столько времени сражались бок о бок вместе, бывали в ситуациях, из которых, казалось, было уже не выбраться. Она помнила, как они много раз несли ночной дозор, как их спины были прижаты друг к другу, пока каждая из них вглядывалась в свой горизонт.
Тепло подруги прошло вдоль спины Слоан и вернуло ей уверенность в себе. Она знала, что ей надо делать. Она знала, как искать врага в ночи, как засыпать в любом положении, как минировать дом с помощью стеклянных шариков, как неумолимо идти к концу и почти неизбежной гибели.
Это было похоже на танец. И она помнила каждый шаг наизусть.
ДАУД: Магия открыла нам тот факт, что невозможное возможно. Но и она действует в рамках определенных законов. Например, человек не умеет летать по воздуху, как птица, или не может наколдовать себе пищу из ниоткуда. Вплоть до появления Воскресителя мы считали, что оживление мертвых является таким же невозможным явлением, даже в рамках магии. Но армия Воскресителя, как вы знаете, состоит из людей, которые до этого были мертвы. И все же они ходят, разговаривают, порой сами способны использовать магические приемы. Как такое возможно? Как этот террорист смог собрать целую армию из бывших трупов, в то время как наши самые талантливые волшебники со всего мира не могут оживить ничего крупнее домашней кошки? Неужели он – если предположить, что Воскреситель – это существо мужского пола, – настолько могущественнее всех нас?
РОЖДЕРС: Вы сейчас имеете в виду эксперимент немца Франца Беккера около пяти лет назад?
ДАУД: Да, Беккер. Он был блестящим ученым. Так трагично, что он смог вернуть свою недавно умершую кошку к жизни только для того, чтобы сразу же умертвить ее. Он является прекрасным примером того, о чем я говорю, а именно, что другие люди действительно пытались воскрешать мертвых. Магия до сих пор является новым для нас явлением, поэтому я не могу утверждать, что никто другой никогда не пойдет по стопам Воскресителя, но до этого, похоже, еще очень далеко. Но это не значит, что наблюдения за его армией не могут нас ничему научить прямо сейчас, скорее наоборот, она – неисчерпаемый источник знаний для теоретической магии. Исключения и аномалии занимают центральное место в моем познании предмета, поскольку они расширяют наше понимание теоретического, давая информацию о практической возможности. То, что мертвое возможно оживить, само по себе нам говорит о важной составляющей природы магии. О ее происхождении или, возможно, об ее использовании. Пока из всех такая способность есть только у Воскресителя, но почему? Может быть, у него есть доступ к определенному магическому источнику или каналу? Является ли эта способность врожденной или приобретенной? Когда мы найдем ответы на эти вопросы, мы сможем узнать о магии намного больше того, что известно нам сейчас. И сможем увидеть глубину явления.
РОДЖЕРС: Например?
ДАУД: Если сделать предположение, что магические способности являются врожденными, то мы существуем в мире, где власть действительно передается по наследству. Далее мы задаем вопрос, является ли эта сила генетической особенностью, и если да, то есть ли определенные семьи, которые более предрасположены к этой особенности, чем другие? Эта мысль, что на свете существуют определенные касты по крови, которые стоят выше других людей, не раз приводила человечество к большим трагедиям. Но если Воскреситель научился своим способностям, то есть они являются приобретенными, тогда мы можем предположить, что магия сама по себе является ресурсом, из которого может черпать любой человек, и в этом случае нам необходимо знать, насколько ограничен этот ресурс и обновляется ли он. Если он конечен, есть соблазн, что мы начнем использовать магию только для служения конкретным людям, занимающим высокое положение и имеющим большое влияние. Это укрепило бы существующие структуры власти. Богатые и знаменитые с помощью волшебства станут еще более богатыми и знаменитыми.
