Снежок, однако, вел себя иначе. Мэгги наблюдала, как он бродил один по самым ровным участкам местности, старательно выпрямив свое необычное животное туловище в военной форме, сшитой специально для него. При этом волчьи глаза его блестели, а голова была наклонена назад таким образом, что его ноздри буквально упивались местными ароматами. Казалось, он находил интерес в каждом мире, где они останавливались. И ещё он вел собственный журнал — Гарри Райан наладил для него запись голосовых сообщений, поскольку бигли в большинстве своем были неграмотными. Мэгги пообещала себе расшифровать и изучить его журнал. Она полагала, что тот должен был содержать описания их путешествия с точки зрения, совершенно отличающейся от восприятия людей. И конечно, именно поэтому Снежок был здесь.
Она пыталась поговорить о нем с Маком и обсудить, какие между ними двоими существовали проблемы. Но в ответ получала лишь гробовое молчание — а в этом Мак был чертовски силен, когда хотел.
Когда Снежок находился вне корабля, Шими выходила из комнат Мэгги и бегала по гондоле «Армстронга», предположительно выпуская пар в своей собственной манере и рисуясь перед остальными членами экипажа. Только не перед Маком, разумеется.
Они летели дальше, совершая тысячи и тысячи переходов. Теперь даже Джокеры казались им редкими. Мэгги беспокоило, что путешествие превращается в нечто вроде эксперимента по групповой сенсорной депривации. Неожиданная опасность как для пионера, думала она.
Сначала они держали номинальную крейсерскую скорость — чуть более двух миллионов шагов в день. Чтобы сохранять такой темп, они совершали пятьдесят переходов в секунду, двигаясь по двенадцать часов в день. Мэгги отдавала себя отчет, что ведет два фактически экспериментальных корабля, а Гарри Райан, поддерживаемый китайским коллегой Биллом Фэном, с которым, преодолев начальное недоверие, установил сомнительные приятельские отношения, сопротивлялся любым изменениям своей испытательной программы, которую спланировал заранее. Но Мэгги надавила на Гарри, заставив увеличить время в движении до восемнадцати часов в день, благодаря чему общая скорость приблизилась к трем миллионам переходов в день. Это ещё предусматривало двухчасовой простой двигателя в течение дня, а кроме того, она предоставила Гарри один день в неделю, когда они останавливали корабль и совсем не совершали переходов и он проводил свои испытания и осмотры на обоих судах.
Тем временем она старалсь, чтобы весь экипаж оставался постоянно чем-то занят. Гондолы, на счастье, были достаточно велики, чтобы выполнять физические упражнения и тренировки даже во время полёта. Договорившись с сержантом Майком Мак-Кибеном, командиром двух десантных групп, бывших на борту, она устроила совместные учения, чтобы весь контингент остался доволен. А также с некоторой осторожностью позволила провести ряд соревнований между двумя родами войск — летчики против морпехов, — которые играли во что угодно, от сквоша до игры в слова, неожиданно оказавшейся любимой дисциплиной самого Мак-Кибена.
Она отдала тайный приказ Натану проследить, чтобы зарплаты её ребят были сохранены, а крупные проигрыши в азартных играх — пресечены.
— Да, капитан. Мне предупредить Майка Мак-Кибена, чтобы сделал то же для своих?
— Давай лучше посмотрим, как он сам надеется на себя.
— Да, капитан.
Даже с повышенной скоростью им понадобилось ещё девятнадцать дней, чтобы выбраться из фиолетовой мути.
Джо Маккензи незадолго до окончания этого промежутка признался Мэгги, что тоже вел свой дневник.
— Господи, Мак, у нас что, все на этих чертовых кораблях что-то записывают? Прямо Белый дом какой-то.
— Это личное дело каждого, и вести дневники — ещё не самое худшее. А что до моего дневника — знаешь, сложно осознать весь масштаб того, что мы тут делаем. Просто такие эпичные последовательные переходы — это новинка, как раньше, когда мы совершали дальние плавания по Земле со времён… Кого там, викингов, полинезийцев? Но даже так мне кажется, что сейчас мы подходим к важной вехе, можно сказать. Вот смотри: когда Армстронг полетел на Луну, он совершил путешествие, масштаб которого затмил все, что было до этого в человеческой истории, а то и в доисторические времена тоже. До Луны двести сорок тысяч миль — примерно в шестьдесят раз больше радиуса Земли, правильно? А от Базовой до Вальгаллы лежит освоенная Долгая Земля, то есть вся её часть, где есть цивилизация. Это примерно миллион четыреста тысяч шагов. Если умножить это число на шестьдесят, то получится…
— Около восьмидесяти четырех миллионов, — быстро сосчитала Мэгги.
— И эту отметку мы перешагнем завтра, — он поднял бокал односолодового виски, который она ему налила. — Что бы ни случилось с нами дальше, по сравнению с другими достижениями человечества, Мэгги, это будет выглядеть как высадка на Луну.
— Что ж, пожалуй. А ещё это хороший повод отметить, — проговорила она, думая о боевом духе экипажа. — Только давай округлим до ста миллионов. Так звучит лучше. — Она посмотрела на календарь: — Похоже, выпадает на День дурака.
