— Ты уверен, что у этого плавучего робота хватит энергии дотащить нас? — явно нервничая, спросила Салли.
— Салли, «Марка Твена» создал Лобсанг. У плавучего модуля достаточно энергии, чтобы обогнуть земной шар. Он самозагружается. Что-то не так?
— Раз уж ты спросил — я небольшая любительница воды. Особенно воды, под которой не видно дна. Давай в будущем летать так, чтобы под килем были деревья, хорошо?
— Ты сама сидела на побережье, когда мы впервые встретились.
— Да, на побережье! На мелководье! Мы на Долгой Земле! Здесь никогда не знаешь, что окажется под ногами.
— Видимо, ты не задерживалась в водном мире, который однажды пролетали мы с Лобсангом. Там в океане плавала такая тварь…
— Я оказалась в том мире, перейдя туда с холма. Я пролетела шесть футов, упала в воду, доплыла до места, откуда, как знала, могла вернуться, и перешла обратно за секунду до того, как меня схватили чьи-то челюсти. Впрочем, я не разглядела, кому они принадлежали. Мои предки приложили массу усилий, чтобы выбраться из чертова океана, так что, пожалуй, нехорошо обращать их труд в прах.
Джошуа усмехнулся, возясь с обедом.
— Послушай, Джошуа… я очень хочу вернуться на Мягкую Посадку. Что скажешь? Внезапно я не прочь пообщаться с людьми. Но ведь придется взять с собой «Марка Твена», да? С тем, что осталось от Лобсанга. Не говоря уже о кошке. Мы найдем способ перемещать корабль, даже если придется тащить его вручную. Но как же переходить без Лобсанга?
— Есть идея, — сказал Джошуа. — Все получится. Ещё кофе?
До конца дня они бездельничали, как в воскресенье, — во всяком случае, в идеальное воскресенье. Человеку нужно время, чтобы большие и сложные новые идеи постепенно уложились в мозгу, не повредив то, что там уже есть. В конце концов, подумал Джошуа, даже Лобсанг нуждался в перерывах.
На следующий день Салли отвела его туда, где ощутила мягкое место, совсем рядом с побережьем. Короткий путь должен был привести их обратно на Мягкую Посадку. Они спустились на землю. «Марк Твен» висел над пляжем, доставленный плавучим модулем. Джошуа и Салли держали в руках длинные веревки, которые соединялись с кораблем.
Кромка воды слегка мерцала, заметно даже для Джошуа — там и было мягкое место, которое нашла Салли.
— Я чувствую себя как ребенок с воздушным шариком, — сказала Салли, держа веревку.
— Я уверен, что это сработает, — сказал Джошуа.
— Что именно?
— Когда переходишь, можно взять с собой все, что унесешь. Правильно? Каким-то образом, когда Лобсанг находился на борту, он и
У Салли глаза полезли на лоб.
— Это и есть твоя идея?
— Лучшее, что я смог придумать.
— Если мироздание не поймет твоей шутки, мы, возможно, останемся без рук.
— Есть лишь один способ выяснить. Готова?
Салли медлила.
— Ты не против, если мы возьмемся за руки? Плохо, если во время перехода мы разделимся.
— Да, ты права. Ладно, Салли, давай.
Она рассредоточилась, словно перестала замечать его присутствие. Салли потянула носом, поглядела на свет и стала делать странные движения, похожие на тайцзы — изящные, испытующие, вопрошающие. Как будто она искала с лозой воду.
И они перешли. Переход сам по себе был резче обычного, возникло краткое ощущение падения, похожее на спуск с водяной горки, и Джошуа стало холодно, словно процесс поглощал энергию. Они оказались на другом пляже, в другом мире — зимнем, тусклом. Мягкие места, видимо, не переносили сразу куда нужно. И географически они оказались не на том же месте, Джошуа это мгновенно понял. Как странно. Салли вновь испытующе повернулась туда-сюда.
Путь занял четыре перехода. Но наконец они добрались до Мягкой Посадки, таща за собой «Марка Твена».
Люди радовались их возвращению, хоть и удивлялись. Все вели себя с неподдельным дружелюбием. Потому что таков был обычай Мягкой Посадки. Разумеется, они тепло приняли гостей. Дорожки оставались безупречно выметенными, на аккуратных сушилках висел вяленый лосось. Мужчины, женщины, дети и тролли радостно существовали бок о бок.
И Джошуа вновь почувствовал странное беспокойство. Тонкое ощущение, которое возникает, когда все вокруг так благополучно, что, совершив виток вокруг света, благополучие превращается в зло. По сути, Джошуа убедился, каким устойчивым было это ощущение со времени последнего визита. Не считая вездесущего запаха троллей.
Им, разумеется, предложили переночевать в одном из домиков в самом центре поселка. Но, переглянувшись, Салли и Джошуа решили остаться на корабле. Неизбежно по веревкам наверх за ними последовали несколько троллят. Джошуа готовил ужин из восхитительно свежих продуктов; как и прежде, местные жители щедро дарили путешественникам еду и напитки.
А потом, ещё разок отравив организм растворимым кофе — поскольку ничего другого не осталось на пострадавшем «Марке Твене» — и глядя на троллей, слонявшихся по наблюдательному пункту, Салли сказала:
