— Давай выкладывай, Джошуа. Я не слепая. Я вижу выражение твоего лица. О чем ты задумался?
— О том же, о чем и ты, наверное. Здесь что-то нечисто.
— Нет. Не то. Здесь что-то не так, конечно… я много раз сюда приходила, но лучше всего это ощущаю, глядя на твое мрачное лицо. Разумеется, то, что мы считаем «неправильным», может отражать значимость Мягкой Посадки. Но…
— Продолжай. Ты что-то хочешь сказать, да?
— Ты видел здесь слепых, Джошуа?
— Слепых?
— Тут есть те, кто носит очки; а старики читают при помощи лупы. Но ни одного слепого. Однажды я просматривала записи в городской ратуше. Есть сведения о людях, потерявших палец на руке или на ноге в результате неосторожного обращения с топором. Но ни один человек с каким-либо серьезным дефектом не попадает на Мягкую Посадку.
Он задумался.
— Местные жители не идеальны. Я видел, например, как они пьют в баре.
— Да, конечно, веселиться они умеют. Но интересно то, что каждый из них знает, когда вечеринку пора заканчивать, и поверь, это редкий талант. Ты заметил, здесь нет никакого подобия полиции? Если верить записям в городской ратуше, никто и никогда не совершал сексуальных преступлений по отношению к женщине, мужчине или ребенку. И никогда не было ссор из-за земли, которые не удалось бы разрешить переговорами. А ты видел детей? Взрослые относятся ко всем детям как к собственным, а дети ко всем взрослым как к родителям. Здесь все такие порядочные, уравновешенные и приятные, что впору закричать, а потом выругать себя за то, что поднимаешь шум.
Салли погладила тролленка, чье мурлыканье могло посрамить любую кошку. Этот звук символизировал полнейшее удовлетворение.
Джошуа выпалил:
— Дело в троллях. Ну разумеется. Мы уже об этом говорили. Люди и тролли живут бок о бок. Здесь, и больше нигде. Значит, Мягкая Посадка не похожа ни на одно другое человеческое поселение.
Салли смерила его взглядом.
— Ну, теперь мы знаем, что сознания влияют друг на друга, правда? Это-то мы усвоили. Если людей слишком много, тролли уходят. Но если их как раз нужное число, они остаются. А для людей, наверное, не бывает слишком много троллей. Мягкая Посадка похожа на теплую ванну, сплошь из приятных, радостных ощущений.
— И никаких калек. Ни одного человека с достаточно сложным характером, чтобы пойти на жестокость. Никого, кто не вписывается в окружение.
— Может быть, таких вытесняют, пусть даже бессознательно, — Салли внимательно смотрела на Джошуа. — Отсеивают. Зловещая мысль, да?
Джошуа мысленно согласился.
— Но как? Никто тут не стоит с дубинкой, чтобы отгонять недостойных.
— Да, — Салли откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и задумалась. — Думаю, дело не в том, что кто-то сознательно отсеивает людей, в любом случае этого не делают сами местные. Так как же происходит отбор? Я никогда не могла понять, кто же стоит за Мягкой Посадкой. Ни создателя, ни управителя. Может быть, она сама каким-то образом отбирает себе жителей? Но как?
— И с какой целью?
— Цель бывает только при наличии сознания, Джошуа.
— Но в эволюции не участвовало сознание, — возразил он, вспоминая торопливые уроки сестры Джорджины в Приюте. — Ни цели, ни намерения, ни предназначения. И тем не менее в процессе возникают живые существа.
— Значит, Мягкая Посадка — какой-то аналог эволюционного процесса?
Он посмотрел на Салли.
— Суди сама. Ты провела здесь немало времени…
— С самого детства. Но лишь когда я познакомилась с вами, передо мной в полный рост встали вопросы, которые, наверное, беспокоили меня с самого начала. Нужно завести себе браслет с надписью: «А что сказал бы Лобсанг?»
Джошуа отрывисто рассмеялся.
— Знаешь, Мягкая Посадка похожа на Райский сад, только без змия. И я гадала, где же он прячется. Моя семья прекрасно ладила с местными. Но мне никогда не хотелось здесь остаться. Я не чувствовала, что вписываюсь. И я бы никогда не решилась назвать Посадку домом, просто на тот случай, если вдруг я и есть змий.
Джошуа пытался разгадать выражение лица Салли.
— Соболезную.
Кажется, не стоило этого говорить. Она отвела взгляд.
— Я правда считаю, что Мягкая Посадка очень важна, Джошуа. Для нас. Для всего человечества. В конце концов, она уникальна. Но что будет, если сюда хлынут колонисты? Обычные колонисты, с лопатами, кирками, бронзовыми ружьями? Те, кто бьет жен и жульничает по мелочам? Разве Мягкая Посадка уцелеет? Сколько троллей будут убиты и обращены в рабство?
— Может быть, тот, кто начал эксперимент, даст сдачи.
Салли содрогнулась.
— Мы действительно начинаем думать как Лобсанг. Джошуа, давай уйдем в какое-нибудь нормальное место. Мне нужен перерыв.
Днем позже, в одном далеком мире, в теплых сумерках Хелен Грин собирала грибы. Она брела по холмику в паре миль от Перезагрузки, когда послышался тихий звук, похожий на вздох. Хелен ощутила на коже порыв ветерка. И обернулась.
На траве стоял мужчина — высокий, смуглый. А рядом с ним женщина, с очень уверенным лицом. Проходившие мимо путники не были здесь в новинку. Но редко они казались такими удивленными, как эти двое. А ещё на их грязных куртках блестел иней.
