Гондола причалила к мосткам на краю Средней заводи. Вместе со своим отделением Эдеард по деревянным ступеням поднялся на широкую площадку, окружавшую заводь. Сегодня здесь было непривычно пусто. Вокруг стояли четырех- и пятиэтажные дома, не соединенные между собой, высокие и узкие, как и большинство зданий в этом районе. Их выпуклые окна напоминали глаза насекомых. В Сампалоке, как ни в одном другом районе города, строения наводили на мысли об органической структуре.
За изогнутыми хрустальными пластинами окон Эдеард видел целые семьи, наблюдавшие за констеблями. Тревога наполняла воздух, словно отравляющий газ.
— Он там, — сказал Эдеард и повернул к началу улицы Зульмал. При помощи про-взгляда он видел, как у каждого моста собираются констебли. Перед ними стояла задача не пропускать никого в город из Сампалока, особенно бунтовщиков. Гондол в каналах почти не было видно.
Минут десять Эдеард шел по извилистой и грязной улице. Редкие прохожие бросали в его сторону мрачные взгляды, кое-кто и вовсе презрительно плевал вслед. Эдеард внимательно наблюдал за особняком Байза — пологой ступенчатой пирамидой, окруженной толстой стеной с тремя воротами. Внутри собралось много людей, но наружу никто не выходил. Все окованные железом ворота оставались плотно закрытыми. Эдеард не знал, есть ли внутри кто-то из его списка. Если есть, вытаскивать их оттуда будет все равно, что спускаться в Хоньо. «Возможно, и не стоит этого делать».
Эдеард послал телепатический вызов одинокому пешеходу в одной из боковых аллей.
«Ты что-нибудь видел?»
«Восемь моих людей сегодня направляются в Сампалок, — ответил Аргиан. — Пока даже без маскировки, чтобы не привлекать внимания».
«Зачем?»
«Я поговорил с Питиером, он придерживается почти таких же взглядов, как и я. По его словам, им сказано наблюдать и быть наготове».
«Понятно. Спасибо».
Перед приходом констеблей Буат спокойно сидел на одном из двух имевшихся у него стульев. Эдеард громко постучал в дверь. Про-взглядом он тщательно проверил хозяина дома, но ни пистолета, ни ножа при нем не было.
— Идущий-по-Воде, — усталым голосом заговорил Буат. — Ты явился, чтобы тащить меня в финансовый арбитраж?
— Намного хуже. Ты арестован.
— В чем меня обвиняют?
— Ты подозреваешься в вымогательстве. Останешься под арестом, пока мы не соберем подтверждающие улики.
— Ты уверен, что хочешь этого?
— Да.
— Очень хорошо.
Он прикрыл глаза и выдал сильное телепатическое сообщение.
«Друзья мои, началось. Вперед!»
Эдеард беззвучно попросил город поднять из тоннеля под улицей Зульмал оставшиеся бочонки с джамоларовым маслом. Бочки тихо выскользнули из-под земли в проходах между зданиями и, никем не замеченные, остались лежать в тени лиан и деревьев, потревожив лишь кучи мусора.
Отделение Эдеарда покинуло дом. По всей улице начали открываться двери, и наружу вышли люди, вооруженные дубинками, ножами, молотками, кочергами и просто разбитыми бутылками. Эдеард, не глядя в их сторону, третьей рукой сбил крышки с пяти бочонков, стоявших у дома Буата.
— Вы не пройдете и десяти ярдов, — заявил Буат.
Люди, собравшиеся на улице, медленно двинулись им навстречу. Они с опаской поглядывали на Эдеарда и его товарищей, но продолжали приближаться. На них был направлен плотный поток телепатических обращений.
Чаще всего ощущалось примерно следующее: «Вперед, вперед. Нас сотни».
— Отойдите назад, — громко приказал Эдеард.
Камень, брошенный из задних рядов быстро растущей толпы, закувыркался в воздухе. Третья рука Максена без труда отвела его в сторону.
Буат засмеялся.
— А ты считал себя всеобщим любимцем, а, Идущий-по-Воде?
Третьей рукой Эдеард собрал масло из всех пяти бочонков, сформировал из него огромный шар, заставил его взмыть в воздух и направил вперед. Когда шар был в паре ярдов над его головой, Эдеард поднял руку, и с указательного пальца сорвалась тонкая огненная нить.
Пламя с оглушительным ревом окутало шар. Эдеард немного опустил его и послал перед собой по улице. Преградившие им путь люди с испуганными криками расступились в стороны. Крупные капли горящего масла с шипением и треском начали падать на дорогу.
— Сюда, пожалуйста, — вежливо обратился он к изумленно моргавшему Буату. Они зашагали по улице, а расступившиеся люди держались поодаль, с ужасом глядя на пылающий шар. — Я не успел поблагодарить твоего брата за эту идею, — сказал Эдеард. — Но она мне понравилась.
— До Дома парламента еще далеко, — проворчал Буат. — И мы не скоро туда дойдем.
Он снова воспользовался телепатией и стал рассылать инструкции своим сообщникам.
