«Проговорка» выражается в сообщении допрашиваемым в ходе свободного рассказа в результате умело поставленных ему вопросов с учетом при этом свойственных ему личностных качеств (самоуверенности, хвастливости и т. п.) таких фактов и деталей, интересующих следователя, которые могут быть известны только лицу, причастному к совершению преступления или обладающему знаниями об обстоятельствах, связанных с совершением преступления.
Надо отметить, что сама по себе «проговорка», как правило, непосредственно не ведет к возникновению доказательственной информации; она является, во-первых, убедительным диагностирующим признаком наличия следственного конфликта и, во-вторых, будучи умело использованной, выступает в качестве веского побудительного мотива для допрашиваемого к даче им полных и объективных показаний.
Весьма эффективным средством для выявления «проговорки» в показаниях допрашиваемого (когда они сразу не осмысливаются следователем в этом качестве) и дальнейшего ее использования при разрешении конфликта служит звукозапись допроса. Естественно, что показания допрашиваемого, в том числе и содержащие «проговорку» (если следователь в ходе допроса поймет ее значимость), фиксируются в протоколе допроса, подписываемого этим лицом. Однако впоследствии допрашиваемый может отрицать, что им давались показания, содержащие «проговорку» (которую следователь решил использовать для разрешения конфликта), ссылаясь на неточность записи его показаний. При использовании же звукозаписи такое заявление легко может быть опровергнуто воспроизведением допрашиваемому фонограммы его показаний.
Условия для «проговорки», могут быть созданы целенаправленными вопросами следователя, рассчитанными именно на то, что, отвечая на вопрос, допрашиваемый без осознанного понимания значимости своего ответа выдает в нем информацию, свидетельствующую о его причастности к преступлению. В этом случае «проговорка» явится не чем иным, как результатом применения следователем метода психологического принуждения, принуждения допустимого, как обладающего свойством избирательного воздействия – воздействия лишь на лицо, действительно имеющее искомую следователем информацию (а это – один из основных критериев этической допустимости применения тактических средств).
Сущность этого средства принуждения точно объяснил герой «Преступления и наказания» Ф. М. Достоевского. Именно в расчете на «проговорку» следователь Порфирий Петрович задал Раскольникову вопрос о том, видел ли он в день убийства старухи-ростовщицы «во втором-то этаже, в квартире-то отворенной – помните? – двух работников или хоть одного из них? Они красили там, не заметили ли? Это очень, очень важно для них!.. (выделено нами. – О. Б.)».
Как известно, Раскольников «овладел ловушкой» и не проговорился. «– Стой! – закричал Разумихин… <…> Ты говоришь, что вопрос о работниках был подвох? Раскуси: ну если бы это ты сделал, мог ли бы ты проговориться, что видел, как мазали квартиру… и работников? Напротив: ничего не видал, если бы даже и видел! Кто же сознается против себя?
– Если бы я то дело сделал, то уж непременно бы сказал, что видел и работников и квартиру… <…> Порфирий мог именно рассчитывать, что я непременно буду так отвечать и непременно скажу, что видел, для правдоподобия, и при этом вверну что-нибудь в объяснение…
– Да ведь он бы тебе тотчас и сказал, что за два дня работников там и быть не могло, и что, стало быть, ты именно был в день убийства, в восьмом часу. На пустом бы и сбил!
– Да на это-то он и рассчитывал, что я не успею сообразить, и именно поспешу отвечать правдоподобнее да и забуду, что за два дня работников быть не могло» [212] .
«Проговорка» может содержаться не только в вербальной информации, но и в поведении и действиях субъекта, выступающих в качестве эмоциональной реакции на определенные, направленные на создание условий для возможной «поведенческой» «проговорки» действия следователя. Характерные примеры таких «поведенческих» проговорок известны из практики проведения обысков, когда обыскиваемые своим эмоциональным отношением к определенным поисковым действиям следователя, в том числе и направленным на создание условий для такой «проговорки», «проговариваются» о действительных местах сокрытия искомых следователем предметов.
Таковы, на наш взгляд, основы предупреждения и разрешения конфликтных ситуаций на предварительном следствии. Дальнейшее изучение этой проблемы представляется одним из ключевых направлений для разработки средств, методов и приемов оптимизации расследования преступлений и внесения тем самым наукой криминалистикой своего вклада в выполнение программного указания КПСС о максимальном повышении эффективности деятельности органов уголовной юстиции с тем, чтобы каждое преступление должным образом расследовалось и виновные несли заслуженное наказание.
