Тем не менее формулировку указанной процессуальной нормы следует признать неудачной в силу ее неконкретности: что все же подразумевается под «достаточными основаниями полагать» – доказательства, оперативные данные, предположения или интуитивные «озарения» следователя? Следует согласиться в этой связи с мнением, что закон обрел бы большую определенность и конкретность при изложении ст. 89 УПК следующим образом: «При наличии достаточных фактических данных, дающих основание считать» [207] (причем под достаточными данными должно понимать совокупность фактических данных, добытых как процессуальным, так и непроцессуальным путем). Предлагаемое изменение не только внесет необходимую определенность в вопрос о том, что понимать под основаниями к применению мер пресечения, но и будет более четко регламентировать использование следователем мер процессуального принуждения в условиях конфликтных ситуаций.
Однако решительно нельзя согласиться с мнением, что основанием для избрания мер пресечения является лишь реальное нарушение обвиняемым запретов, перечисленных в ст. 89 УПК, т. е. совершение им предусмотренных в качестве запрещенных этой статьей действий [208] . Если логически завершить эту мысль, то надо признать, что для избрания меры пресечения следователь должен подождать, пока обвиняемый скроется от органов предварительного расследования, либо начнет препятствовать установлению истины по делу, либо совершит новое преступление. Очевидно, это не так, ибо для исключения такой возможности и избирается та или иная мера пресечения, носящая, как сказано, прогностический характер. Противное сводило бы на нет сам смысл данного института процессуального принуждения.
Показательными в этом плане представляются положения, касающиеся такой меры пресечения, как подписка о невыезде. Применяемая на общих основаниях, указанны в ст. 89 УПК, эта мера пресечения состоит в отобрании от обвиняемого или подозреваемого обязательства не отлучаться с места жительства или временного нахождения без разрешения соответственно лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда. В случае нарушения подозреваемым или обвиняемым данной им подписки может быть применена более строгая мера пресечения (ст. 93 УПК). Из текста этой статьи с очевидностью следует вывод, что нарушение обвиняемым запретов, предусмотренных ст. 89 УПК, служит основанием не к избранию меры пресечения, а к изменению уже избранной меры пресечения на более строгую.
В завершение рассмотрения вопроса о мерах пресечения как средствах процессуального принуждения для предупреждения и разрешения конфликтов в деятельности следователя, необходимо заметить, что само применение следователем мер пресечения является причиной возможного возникновения конфликта между ним и лицом, в отношении которого избирается мера пресечения. Возникновение или возможность возникновения такого конфликта обусловливаются тем, что применение мер пресечения, будучи одним из видов принуждения, в известных пределах ограничивает права и свободы граждан. Целям предупреждения таких конфликтов либо, как минимум, их смягчения и создания условий для дальнейшего удовлетворительного их разрешения служат обязанность и право следователя на отмену меры пресечения и изменение ее на более мягкую в случаях, предусмотренных законом (ст. 101 УПК), обязанность следователя помимо обстоятельств, указанных в ст. 89 УПК, в каждом конкретном случае избрания меры пресечения учитывать обстоятельства, перечисленные в ст. 91 УПК (личность обвиняемого, род его занятий, возраст, состояние здоровья и т. д.), а также обязанность следователя принять надлежащие меры попечения о детях и охраны имущества лица, заключенного под стражу (ст. 98 УПК).
В связи со спецификой принуждения как метода воздействия на личность норм процессуального принуждения, имеющих тактическое содержание (процессуально-тактических средств принуждения), в уголовно-процессуальном законе значительно меньше, чем регламентирующих собственно процессуальное принуждение. Содержатся они главным образом в ст. 170 УПК, определяющей порядок производства таких следственных действий, которые в сущности своей более, чем другие, носят ярко выраженный принудительный характер, – выемки и обыска [209] .
