Избранные работы (сборник) полностью

Не менее очевидно, что при оценке качества уголовного преследования нельзя не учитывать качество деятельности противостоящей ей в состязательном уголовном судопроизводстве стороны – качество защиты от уголовного преследования, в первую очередь, качество деятельности адвоката – единственного ее профессионального представителя. Чем выше качество защиты, тем сложней и более трудоемок путь к законному и обоснованному обвинению.

Уголовное дело, изобилующее ошибками в системе всего уголовного преследования, упущениями, пробелами в системе доказательств обвинения – «больное», нежизнеспособное дело. Оно, по образному выражению Р. С. Белкина, обречено стать «добычей» адвоката – «санитара» судопроизводства» [501] .

Это, несомненно, так.

Если бы… не ошибки, в свою очередь, зачастую, совершаемые адвокатами при их участии в Уголовно-процессуальном исследовании преступлений, и в этой связи упускающими свою «добычу» [502] .

§ 1. Предмет профессиональной защиты от уголовного преследования

Традиционно защита определяется как совокупность процессуальных действий, направленных на защиту основных прав и свобод граждан от преступных посягательств, на опровержение обвинения или смягчение ответственности обвиняемого (подсудимого) [504] .

Остается лишь сожалеть, что ст. 5 УПК, раскрывающая в числе других основных понятий, в нем используемых, значение терминов «обвинение» и «уголовное преследование», не дают трактовки содержания того, в чем же заключается, на взгляд законодателя, понятие и сущность защиты от обвинения в уголовном судопроизводстве.

Заметим, что УПК ряда стран, возникших на территории бывшего СССР, такое определение содержат. Так, в соответствии с ст. 6 п. 9 УПК Белоруссии «защита – процессуальная деятельность, осуществляемая стороной защиты в целях опровержения подозрения или обвинения либо смягчения обвинения, обеспечения прав и интересов подозреваемого, обвиняемого, лица, совершившего общественно опасное деяние»; п. 3 ст. 6 УПК Молдовы определяет защиту как процессуальную деятельность, осуществляемую «стороной защиты в целях полного или частичного опровержения обвинения либо смягчения наказания, защиты прав и интересов лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступления, а также реабилитации лиц, незаконно подвергнутых уголовному преследованию».

Нам представляется, что дополнение указанной статьи УПК положением, раскрывающим содержание понятия защиты, насущно необходимо, в частности, как «отправной точки», законодательно установленного стандарта для оценки качества профессиональной защиты по уголовным делам.

В любом случае, определяя ее содержание в реалиях современного Уголовно-процессуального законодательства, на наш взгляд, нужно исходить из следующих посылок:

1) нового для нашего уголовного процесса законодательного видения назначения уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК) именно как защиты:

а) прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений;

б) личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения прав и свобод;

2) отсутствия подлежащих защите приоритетов.

«Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания, – вновь напомним, – декларировано в ч. 2 ст. 6 УПК, – в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию».