Подобные факты настолько широко известны даже из сообщений СМИ, что не требуют себе каких-либо дополнительных комментариев…
И последствия таких посягательств на доказательства, зачастую, еще более трагические, чем описанные в приведенном выше деле из судебной практики.
Но, как и любая достаточно очевидная, лежащая на поверхности, версия, эти причины посягательств на доказательства не охватывают, да и не могут охватить, весь спектр возможной их социально-психологической мотивации.
В частности, к рассмотренному основному фактору тесно, на наш взгляд, примыкает и такая распространенная причина посягательства на доказательства, совершаемых сотрудниками органов уголовного преследования, как незнание Уголовно-процессуального закона и/или нигилистическое отношение к Уголовно-процессуальному закону.
Нет, конечно, сомнений, что действующий уголовно-процессуальный закон нуждается в дальнейшем развитии и совершенствовании (что перманентно и происходит). Множество связанных с этим проблем по праву составляют предметы теоретических исследований. Но пока закон действует, он – Закон, подлежащий неукоснительному соблюдению.
В нем нет норм, необязательных для исполнения, тех, которыми можно было бы пренебречь. «Dura lex scripta tamen», – говорили древние римляне (Закон строг, но он так написан).
Но закон нужно исполнять не только неукоснительно, но и осмысленно.
Когда-то А.В. Суворов сказал: каждый солдат должен понимать свой маневр.
Единственными «маневрами» профессиональных участников уголовного судопроизводства являются нормы уголовно-процессуального закона.
Без понимания этого, сущности норм доказательственного права, «солдат» – следователь свои «маневры», свои процессуальные действия осмысленно и качественно осуществлять не сможет. Если закон не понимается, то ничто не может остановить следователя от «психологического права» на его нарушение
Мы убеждены: пока следователи не усвоят генезис и смысл таких норм до тех пор не будет исключен нигилистический, «выборочный» подход к необходимости их неукоснительного соблюдения, ошибки при их применении, посягающие на доказательства, формирующих их по этой причине способами, делающими эти доказательства недопустимыми (как минимум, ставящими под обоснованные сомнения со стороны заинтересованных лиц их допустимость) [788] .
Более того, по нашему мнению, такое пренебрежение установленным законом порядка проведения предварительного расследования в целом, и отдельных следственных действий, в частности, должно влечь для такого правоприменителя неукоснительную ответственность – от дисциплинарной до ответственности уголовной (в зависимости от последствий).
Небольшое, но необходимое в этой связи отступление.
По российскому «Своду законов уголовных» 1885 г. подлежал ответственности «Чиновник, который, производя следствие, по нерадению или незнанию обязанностей своих, не исполнит предписанных для сего законами правил и форм…» (ст. 426) [789] .
