Избранные работы (сборник) полностью

После утраты в суде при неустановленных обстоятельствах нескольких уголовных дел в отношении шести обвиняемых в кражах председатель суда освободил этих лиц из под стражи, и принял решение о прекращении уголовных дел в связи … со смертью обвиняемых. В настоящее время в отношении бывшего председателя суда возбуждено уголовное дело по фактам учиненных им должностных подлогов и преступлений против правосудия [825] .

Более того, в силу повышенной негативной социальной значимости служебных подлогов, совершаемых в судопроизводстве (не только в уголовном, но и любом другом), дискредитирующих не только отдельных учиняющих его лиц, но все само судопроизводство, нам представляется целесообразным соответствующим образом дополнить эту часть данной статьи и изложить ее диспозицию примерно в такой редакции:

Те же деяния, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемым законом интересов общества и государства, а также совершенное в области судопроизводства…

И в заключение рассмотрения уголовно-правовых проблем посягательств на доказательства со стороны профессиональных участников уголовного производства, совершенствования уголовной ответственности за эти деяния, необходимо, думается, обратить внимание на следующее.

Следственная и судебная практика показывает, что весьма часто принуждение и к даче показаний и/или фальсификация доказательств рассматривается как идеальная совокупность с такими преступлениями, как злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК) или их превышение (ст. 286 УК).

Однако это не соответствует части 3 ст. 17 УПК РФ, в соответствии с которой «Если преступление предусмотрено и общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме». Именно несоблюдение следователями и судами данного положения вынуждает кассационные инстанции соответствующим образом изменять обвинительные приговора, постановленные судами за совершение рассматриваемых видов посягательств на доказательства.

Приведем несколько примеров из кассационной практики Верховного Суда РФ, касающихся данного вопроса.

«…Что касается квалификации действий К., то Судебная коллегия считает, что в кассационном представлении государственного обвинителя правильно указывается о том, что действия К. полностью охватываются ст. 302 ч. 2 УК РФ, предусматривающей ответственность за принуждение к даче показаний, соединенное с применением насилия. Поэтому осуждение К. по ст. 286 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ, из приговора следует исключить» [826] .

«…Вместе с тем обвинение Исиченко по ч. 1 ст. 285 УК РФ следует считать излишне вмененным и подлежащим исключению из приговора по следующим основаниям.

Статья 285 УК РФ является общей нормой, предусматривающей уголовную ответственность за злоупотребление должностными полномочиями. В то же время ст. 303 УК РФ – это специальная норма, предусматривающая ответственность конкретного должностного лица за фальсификацию доказательств, а поэтому в соответствии с ч. 3 ст. 17 УК РФ, если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме [827] .

«Равным образом, – разъяснил Пленум Верховного суда РФ, – исходя из положений статьи 17 УК РФ, должен решаться вопрос, связанный с правовой оценкой действий должностного лица, совершившего служебный подлог» [828] .