Заметим, попутно, что, зачастую, при этом недобросовестные адвокаты для «легализации» такого воздействия используют представленную им ст. 86 УПК возможность «на опрос лиц с их согласия»; в этой связи нам представляется целесообразной тщательная проработка законодателем корректного правового механизма опроса адвокатом «лиц с их согласия», если не исключающего в целом, то сводящего к минимуму, возможности адвокатов оказания на опрашиваемых им лиц такого воздействия.
Лично нам в настоящее время представляется тактически целесообразным обращение адвокатов при возникновении необходимости в установлении и опросе лиц к услугам частных детективов, осуществляющих свою деятельность на основе соответствующего закона, и несущих за нее предусмотренную им ответственность.
Вряд ли при этом адвокаты прибегают к насилию как таковому. Им более свойственны иное: подкуп, шантаж, угрозы и другие «интеллектуальные» способы посягательств на доказательственную информацию.
Так, по данным, приводимым Е. И. Замылиным, неправомерная деятельность адвокатов в рассматриваемом нами отношении в 16 % случаев сводилась к уговорам, в 51 % – к предложению определенных выгод или покровительства, в 27 % случаев – к угрозам [886] .
Одним из основных доказательств причастности Г. к совершению преступления (в форме организации) являлись показания о том исполнителя преступления У. Оба обвиняемых содержались под стражей, при чем У. защищал адвокат «по назначению».
На одном из допросов У. сообщил следователю, что несколько дней назад его вызвал некий адвокат М., представившийся его защитником, с которым, однако, ни он, ни, как ему известно, его родственники соглашения о защите не заключали.
М., стал убеждать У. отказаться от своих показаний в отношении Г., обещая взамен передать жене обвиняемого большую денежную сумму.
Проверка этих показаний У. полностью их подтвердила. Адвокат М. предоставил в соответствующее подразделение следственного изолятора ордер об осуществлении им защиты У. на основании соглашении (в юридической консультации его не имелось, о чем следователем была истребована соответствующая справка). Факт встречи этого адвоката с У. подтверждался изъятым следователем из изолятора «талоном вызова». Жена У. показала, что адвоката М. она не знает, и соглашения на защиту им ее мужа с ним не заключалось.
