Мы относим это деяние к числу посягающих на доказательства, в той части, в которой они касаются «источников доказательств» – свидетелей, потерпевших, других участников уголовного процесса (например, специалиста или эксперта) и их близких. Иными словами – когда «утечка информации», разглашение сведений о мерах безопасности, влекут воздействие на них для достижения одной из ранее нами определенных целей такового (вплоть, увы, до физической ликвидации охраняемого лица).
Субъектами названного преступления (в противоположность подразумеваемых в предыдущей статье УК), являются лишь лица, которым «эти сведения были доверены или стали известными в связи с [его] служебной деятельностью». Ими же могут быть и сотрудники правоохранительных и иных органов, которые непосредственно в производстве по данному конкретному уголовному делу не участвуют (что и позволяет отнести их в данном контексте к категории «иных лиц»). Кроме того обратим внимание на то, что совершаться данные деяния, как нам представляется, могут как умышленно, так и по неосторожности.
И здесь нам представляется необходимым высказать в контексте изучаемых в данном месте работы правовых проблем посягательств на доказательства свое мнение по следующему вопросу.
В 2003 году УПК был дополнен нормой, регламентирующей порядок восстановления утраченных уголовных дел либо их материалов (
Необходимость ее принятия, несомненно, отражает реалии следственной и судебной практики. В частности, возможности утраты уголовных дел в результате различных стихийных бедствий, техногенных происшествий, осуществления уголовного судопроизводства на территории и в условиях локальных вооруженных конфликтов, и т. п.
Однако не так уж редко уголовные дела (их материалы) «утрачиваются» в результате целенаправленных действий заинтересованных в их уничтожении или сокрытии лиц; в таких случаях их последствия представляют собой один из наиболее опасных видов посягательств на доказательства (в этих случаях – в прямом Уголовно-процессуальном значении этого понятия).