Внегда торжество некое светлорадостное славным мира совершати, обычай имут и устными знамения того изъявляти органы, ово друг другу приветство деюще усердное, ово радостне восклицающе, и орудийными светлая радостно играти. Тако бысть во Иизраили ветхом, егда благочестиваго царя Давида любезнейшее чадо Соломон на царствие от иерея помазан бяше;[3] се бо священное глаголет Писание: „И взят Садок иерей рог с еллем от скинии и помаза Соломона. И возтрубиша рогом, и реша вси людие: живет царь Соломон!“. Егда вострубиша рогом, орудийным гласом новую радость возвестиша людем. Внегда возклицаху: „Живет царь Соломон!“ — устным приветством произъявляху веселие сердца и благожелание воцарившемуся Соломону. Подобное действо и в день рождения плотскаго царя всея твари обретаем: ибо Христу господу, плотию рождьшуся на земли, и словесное небесныя силы славословие воспеваху, восклицающе: Слава во вышних богу и на земли мир, во человецех благоволение! — и орудийными цевницами, мусикийскими пищалми пастырие свиряху, аки миру всему и друг другу радости новыя о рождшемся спасе мира приветствующе. Не точию же в подсолнечней юдоли сицево действо обретаемо есть, но и во выше солнечном емпирийстем граде тожде содеваемо усмотре высокопарный и быстро видящий орел, святый тезоименник благодати:[4] ибо егда виде ангнца приемша книгу от десницы седяща на престоле, абие четыре животная и двадесят и четыри старцы падоша пред агнцем, имуще кождо гусли и фиалы златы, полны фимиама, яже суть молитвы святых; и пеша песнь нову. Се и устно во день светлости пояху и гусльми играху: не безделно бо в руках си держаша я. Аще сице в небеси, аще тако во Церкви торжествующей, достойно убо и праведно нам, сущим на земли, во Церкви ратующей, подражати небесныя гражданы и в день радости настоящия и гласы преподобными восклицати приветственная, и орудии мусиикийскими играти ликовственная. Космицы убо да ликовствуют космическо. Аз же, старец грешный, тщася подражатель быти онех старцев святых, земный небесных, егда твою царскую пресветлость вижду агнца за кротость, агнца за незлобие, агнца ко своим подданым; даст же господь лва крепка и страшна врагом, брани хотящым; егда ти вижду от первопрестолника церкве, от святейшаго и всеблаженнейшаго великаго господина кир Иоакима патриарха Московскаго и всея России, вся царская знамения приемша и теми велелепно, ибо царски, сияюща: пад лицем на землю, главу мою под нозе ти преклоняю, чая не попранней ей быти, но яко смиренней вознестися, — и ваше бо царско, еже божие, свойство гордыя смиряти, смиренныя же возносити, — и ожидая не отриновения яростнаго, но златаго ти скипетра на ню во знамение милости возложения, яко же великий царь Артаксеркс обычай име творити. Имам же в руках моих гусль и фиалу в персех. Фиалу убо сердца — вещию плотяну, но рачителством чистозлату. Туже исполненну фимиама молитв прилежных и желаний всеблагих: ибо, желая, молюся и, моляся, желаю, да жезл силы послет ти господь от Сиона и господствуеши посреде врагов твоих. Молюся, да речет о тебе господь, еже о Давиде:[5] Обретох Феодора, раба моего, елеем святым моим помазах его. Ибо рука моя заступит его, и мышца моя укрепит его. Ничтоже успеет враг на него, и сын беззакония не приложит озлобити его. Изсеку от лица его враги его и ненавидящыя его побежду. И истинна моя и милость моя с ним, и о имени моем вознесется рог его. И положу на мори руку его и на реках десницу его. Той призовет мя: Отец мой еси ты, бог мой и заступник спасения моего! И аз первенца положу его, высока паче царей земных, во век сохраню ему милость мою, и завет мой верен ему. И положу во век века семя его и престол его, — яко дние неба. Желаю, да благоденствен живеши на престоле твоем царстем, благочестия во разширение, славы божия во умножение, добродетелей христианских в насаждение, всяких же злодеяний во искоренение. Желаю, да яко Тиверию, древле во ветсе Риме воцарившуся, путь некий бывый на стране шуией, прейде на десную, по сведелству историописателя Плиния, — тако во время царствования твоего блаженнейшаго даст десница божия, еже шуим путем всяческих деяний преити в десная, преложитися в правая. Да тако истинствуется велегласным прореченное пророком: И будет все кривое в правое и остроавое в пути гладки. Желаю, да будеши церкви вторый Констянтин или новый Владимир царствию, да будеши силою Александр Великий, добротою Тит римский, кротостию Давид, мудростию Соломон, благочестием Езекия, промыслом Иосиф, сирым же отец, вдовицам заступник, обидимым свобода, обидящим отмщение, — сокрощенне да реку: всем да будеши вся, да вся всех господеви приобрящеши и тебе самому. Молю паки царя царствующих и господа господствующих, да везде сый существом, присутствием и силою в тебе ис тобою будет благодатию. Да присущствует правлению ти, судом твоим, советом твоим, начинанием твоим, делом твоим, промыслом твоим, войнам твоим и миру твоему. Да возвеселится Израиль новый (царство Российское) о сотворшем его и сынове Сиона Московскаго да возрадуются о тебе, царе своем, и да восхвалят имя его в лице и тимпане, и во псалтыри да поют ему. Сицевыми молитвы и желании нося фиалу сердца исполненну, пою твоей пресветлости песнь нову, нововоцарившемуся монарсе благоприветствия и несу гусль духовную в руках моих, доброгласну зело, ибо благая ти звяцающую, желания убо всех санов и чинов державы твоея благочестивыя и приветства усердная твоему пресветлому царскому величеству о божественном главы твоея увенчании и о прочих знамениих царскому лицу твоему приличнодостойных поющую, ея же сладостию да возвеселиши сердце твое, да возрадуеши душу ти праведную, да утешишися чювствы твоими царскими. Благоволи гусль сию духовную от мужа духовна царскою ти рукою из рук богомолца твоего возприяти милостивно, ни за худость вещества внешняго отревая, ниже за малость искуства моего в художестве пиитичестем презирая, но по своей царстей милости благоутробен являяся и пресветлыя зеницы сердца твоего обращая на рачителство. Удостой гусль сию прикосновения всечестную руку твоею, видения пресветлую очию твоею и приклонения на глас ея ушию ти царскую. Мене же, смиреннейшаго богомолца своего, лобзания щедродаровитыя десницы ти любезнаго сподобити изволи, иже пресветлаго твоего царскаго величества призрению, милости и благодати со усердием моим и с недостойными иеромонашескими молбами всесмиренно вручаюся.
