Я буду скакать по холмам,по темной вечерней дороге,где тени, восстав из лесов,клубятся в тоске и тревоге.Гори же, прощальный закат,не меркни, полоска живая!Вершины вонзились в тебя,по капле всю кровь выпивая.Услышат ли топот копытв далеком оставленном стане,где белая церковь стоитпо горло в вечернем тумане?И скоро ее навсегданочная завеса закроет.Восходит на небо лунаи низко висит над горою.Скачи же, мой преданный конь,по родине, как по чужбине!Исчадия ночи и златебя не сгубили доныне.Во мраке дорогу торя,лети над родной стороною!Дыханье Лесного царявсе ближе у нас за спиною.Родимый, давай, поспешай!Заклятье мне веки сковало.Держись! В нашей жизни с тобойеще не такое бывало.Вперед, златогривый, вперед!Удача тебя не обманет:тебе же и солнце взойдет,тебе же и утро настанет.2007
II
1990–1998
* * *
Затеряна в кругу светилтвоя заветная звездаи неземным потоком силупорно движима всегда.Никем не предугадан час,когда взойдет она в зенит.Тебя, быть может, только разона лучами осенит.И будет дом, и снег в окне,и печь затопится в дому,покуда стрелки на стенене принуждают ни к чему.Как бы невидимой рукойот сердца камень отвели —стоит торжественный покойстолпом от неба до земли.Живи в предчувствии чудеси разбазаривай в гульбебесценный миг, когда с небесбросают лестницу тебе!Но в час, беспечно спишь когда,созвездья свой продолжат ход,и, дрогнув, сдвинется звезда,и над тобой беда взойдет.1990
* * *
Скачет телега по стылой стерне,стоя отец погоняет коня.Мама в слезах наклонилась ко мне– это в больницу увозят меня.Черные ветки по-над головой,с ними луна затевает игру.Грех вам! Ребенок-то еле живой —Милая мамочка, я не умру.Как вам досталось, родные мои:холод, болезни детей, нищета.Только и было, что ноша семьи,только и было – и жизнь прожита!Это древнейших времен ремесло —дыры латать у скупого огня —к вам от родителей ваших пришло,а через вас просочилось в меня.Тяжкой усталости, долгих невзгодсколько скопилось? За сколько веков?Вены откроешь – и в землю уйдетчерная кровь, безнадежная кровь.Легче ль тебе, что ты в землю зарыт?Все ли с собою унес ты на дно?Холод. И небо над нами стоиттак же, как вечно стояло оно.1990