Кстати, в вышеприведенном разъяснении Пленум вышел за рамки уголовного закона, когда указал, что заявление или согласие организации необходимо, когда «вред причинен исключительно коммерческой или иной организации, где работает такое лицо». Во-первых, не упомянуто такое ограничительное условие, как то, что эта коммерческая организация не является государственным или муниципальным предприятием. Во-вторых, в соответствии с примечанием 2 и 3 к ст. 201 УК, если вред причинен интересам не коммерческой, а иной организации, где работает виновное лицо, заявления или согласия организации на осуществление уголовного преследования не требуется.[639] Наконец, на мой взгляд, ограничительное разъяснение Пленума, что это должна быть коммерческая организация, где работает виновное лицо, также не вытекает из закона. В примечании 2 к ст. 201 УК не уточняется, что имеется в виду именно та коммерческая организация, где виновное лицо выполняло управленческие функции. Когда закон в примечании 3 к ст. 201 УК говорит о «других организациях», он имеет в виду некоммерческие организации, а не организации, в которых не работало виновное лицо. Такое понимание текста примечаний к ст. 201 УК абсолютно соответствует заложенной в них идее: государство по своей инициативе не вмешивается в конфликт, если вред причинен исключительно коммерческим организациям, которые к тому же не являются государственными или муниципальными предприятиями.
В основном правильными и четко сформулированными представляются разъяснения относительно содержания квалифицирующих признаков составов взяточничества и коммерческого подкупа. Особо значимым является разъяснение, что в случае получения взятки лицом, занимающим государственную должность РФ и государственную должность субъекта РФ, а равно главой органа местного самоуправления организатор, подстрекатель и пособник как соучастники этого преступления несут ответственность по ст. 33 и части третьей ст. 290 УК (п. 17). Пленум правильно посчитал, что названные обстоятельства являются не столько личностной характеристикой лица, получившего взятку, сколько существенно повышают общественную опасность содеянного и при осознании этого обстоятельства соучастниками они должны нести повышенную ответственность.
Специалисты наверняка обратили внимание на новую трактовку признака неоднократности получения взятки. Еще в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 31 июля 1962 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве» устанавливалось, что одновременное получение взяток от нескольких лиц должно рассматриваться как преступление, совершенное неоднократно. В последующих руководящих разъяснениях Верховного Суда СССР о судебной практике по делам о взяточничестве (23 сентября 1977 г. и 30 марта 1990 г.) это положение повторялось с одним лишь уточнением, что неоднократным следует считать одновременное получение взятки от нескольких лиц, если в интересах каждого из взяткодателей совершается отдельное действие. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. о таком варианте неоднократности получения взятки не говорится ничего. Согласно п. 14 постановления «квалификация получения или дачи взятки либо имущественного вознаграждения при коммерческом подкупе по признаку неоднократности предполагает совершение одного и того же преступления не менее двух раз, если не истек срок давности привлечения к уголовной ответственности за предыдущие преступления либо если судимость за совершенное ранее такое же преступление не была погашена или снята». Замечу, что здесь следовало бы добавить и случай отсутствия неоднократности, когда лицо в установленном законом порядке было освобождено от уголовной ответственности за ранее совершенное преступление.
Очевидно, что такая трактовка исключает признак неоднократности в случае одновременного получения взяток от нескольких взяткодателей. Вернее всего, Пленум исходил из того, что в подобном случае умысел на преступление возникает единожды и поэтому утверждать о совершении им нескольких преступлений было бы неправильно.
Спорным является разъяснение Пленума о квалификации получения взятки или имущественного вознаграждения при коммерческом подкупе организованной группой, в которую помимо должностных лиц или лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации, входят и другие лица, не обладающие этими признаками. Ссылаясь на ч. 4 ст. 34 УК, Пленум предлагает квалифицировать действия таких членов организованной группы, как действия организаторов, подстрекателей либо пособников преступления (п. 13).
